Фантастика

Отсечение лишнего

Часто приходится слышать, что отечественная фантастика, особенно НФ, отстает от англоязычной лет на двадцать-тридцать. Ну да, есть такое дело. Причем главный симптом отставания нашей НФ не литературная слабость: там ведь тоже, скажем на чистоту, не одни симмонсы и винджи, гибсоны и стивенсоны, суэнвики и чаны. Большинство англо-американских «SF-writers» наделено весьма скромным литературным талантом. Проблема скорее в укоренившемся на 1/6 части суши представлении о некой Столбовой Дороге Прогресса, однавариантности будущего. Рецензия Василия Владимирского на сборник «Бозон Хиггса»

Пути люденов

Хороший роман (даже если это фантастика) невозможно воспринимать вне контекста эпохи. Это всегда отражение политической ситуации и жизненных реалий, полемика с предшественниками, установление своих физических законов и моральных императивов. Чем хорош Александр Громов — уже много лет его романы всегда в контексте. Более ранние вещи казались более резкими и в то же время более безнадёжными, словно автору не хотелось даже надеяться на лучшее будущее. Рецензия Ники Батхен на книгу Александра Громова «Человек отовсюду»

Демоны и архетипы

Америка встретила нашествие демонов, как и следовало ожидать, сдержанно и деловито. Ничем не примечательный пассажир в аэропорте начинает вдруг, как безумный, выкладывать пейзаж из попкорна и битого стекла? Без паники! В него вселился Художник: отойди в сторону, не мешай, и все обойдется. В зал суда вошел человек в черном плаще и с двумя пистолетами? Это Правдолюб явился по чью-то душу — беги со всех ног, чтоб случайно не угодить под раздачу! Рецензия Василия Владимирского на книгу Дэрила Грегори «Пандемоний»

Дай мне таблетку!

И куда же идет американец, внезапно ставший без малого гением, научившийся запросто перетасовывать в уме огромные массивы данных? Правильно, на биржу. Не книжки же, в самом деле, писать, как последний лузер! Биржа — это и азарт, и риск, и ответственность, и возможность стремительно менять мир, перенаправляя грандиозные финансовые потоки. Рецензия Василия Владимирского на книгу Алана Глинна «Области тьмы»

Нил Гейман. Marvel. 1602

Сочинение «альтернативных биографий» знаменитых супергероев и сверхзлодеев — одно из любимых развлечений мэтров западной индустрии комиксов и самый доступный способ борьбы с инерцией жанра. Что было бы, если б Супермен приземлился в Советском Союзе, а Джокер стал спасителем Готэм-сити? Вроде почти те же герои и та же история — но стереотипы восприятия расшатывает изрядно. Рецензия Василия Владимирского на книг Нила Геймана «Marvel. 1602»

Здравствуй, моя Мурка!

Цикл произведений — преинтересный жанр. Хотя бы потому, что от книги к книге можно отслеживать, как меняется сам автор. Выдыхается ли, становится ли халтурщиком, растет вверх или держит планку, какие проблемы для него актуальны, какие философские и жизненные воззрения задевают его душу. В какой-то степени цикл более явно проявляет особенности творчества писателя — в отдельных произведениях всегда можно сослаться на оригинальность замысла, масштабное повествование вынуждает придерживаться рамок. Рецензия Ники Батхен на книгу Андрея Валентинова «Генерал-марш»

Эхо взрыва

Люди чувствовали — что-то произошло, что-то случилось, но что именно, никто понять не мог. Официальных сообщений не было — никаких,— и поэтому люди жадно ловили слухи, претендовавшие на достоверность (а как же иначе?). Одни говорили, что на радиотелецентр упал хонтийский баллистический снаряд, другие муссировали версию о пандейской смертнице, врезавшейся в здание на летающей платформе, начиненной взрывчаткой, третьи обвиняли в случившемся проклятых террористов-выродков (а кого же еще?). Отрывок из романа Владимира Контровского «Саракш: кольцо ненависти»

Курс молодого бойца

У подножия виднелся вход в грубо высеченную пещеру, подсвеченный изнутри. Рядом темнела плохо замаскированная яма-ловушка, перед которой торчал столбик. На нем, примотанная ржавой проволокой, красовалась табличка с дюжиной непонятных иероглифов. Ниже от руки было приписано: «Добро пожаловать в Горгулию. Фотографировать запрещено, соблюдать тишину, не сорить, не курить». Глава из книги Сергея Палия и Александра Пилишвили «Братство»

Евгений Лукин. Ё

Ясень потому и называется ясенем, что, ставя листья ребром к солнцу, почти не заслоняет света. Зыбкое мерцание, расплывающееся под его кроной, даже и тенью-то не назовёшь. Малейший порыв ветерка — и стайка смутных бликов пробегает по весенней траве, по краю асфальтовой дорожки, по одутловатым, гладко выбритым щекам трупа. Отрывок из книги

Сергей Москвин. Метро 2033: Увидеть солнце

Для переживших катастрофу жителей Новосибирска их новым миром стало метро. Они превратили бывшие станции в города-крепости и дали им новые названия, которые подходили для теперешней жестокой жизни. Но за два десятилетия, минувшие с момента катастрофы, люди так и не смогли вернуть привычный уклад жизни. Будущего не было; оставалось думать о прошлом. И жители Новосиба жили утраченным, бесконечно вспоминая потерянный мир и исчезнувших навсегда близких. Пролог к роману

Сергей Тармашев. Ареал. Цена алчности (фрагмент)

Ученые на пустыре выключили сборочные машины и завозились с механизмами, отцепляя накопительные емкости, заполненные свежесобранной Синькой. Сначала контейнеры с насекомыми будут доставлены в виварий, где в специальных герметичных кубах Синьку почистят воздушными струями, после чего поместят в изолированные вольеры для накопления и последующей переработки в лабораторный материал, или что там у ученых... Отрывок из романа

Капитан фон Шварц неведомо где

Печальный вой сирены плыл над крышами, над улицами, над батальоном — могучий, неприятный, выворачивавший душу напрочь. Повсюду грохотали подкованные сапоги — люди бежали во всех направлениях: поодиночке, группами, вереницами, но в этом не было ни тени паники: просто-напросто каждый знал свой маневр на случай такой именно тревоги и несся туда, где ему надлежало занять место по боевому расписанию. Отрывок из книги Александра Бушкова «Стражи»

Сергей Палий. Безымянка (фрагмент)

Матери, имеющие смелость обзавестись потомством, с самого детства учат отпрысков ждать подвоха от окружающих, быть подозрительными в любой ситуации. Заботливые мамаши вышибают из чад беспечность и детские грезы. И как только человек начинает осознавать себя, он автоматически становится частичкой коллективной опасности. Здесь рано взрослеют, и даже внешняя оболочка детства обманчива. Отрывок из романа

Слуги Сумерек

И ты знаешь, к чему это приведёт? Экраны займут сплошные воскрешения. Выяснится, что ДиКаприо в «Титанике» не умер, а основал подводную цивилизацию: вместе с адмиралом Колчаком в образе Хабенского — овладев техникой тибетского дыхания, тот доплыл к нему из проруби. Брюса Уиллиса в «Армагеддоне» спасет целебная энергия космоса. Рассел Кроу в «Гладиаторе» отлежался, и оказалось, что это царапина. Отрывок из романа Георгия Zотова «Ад & Рай»

Питтакус Лор. Я – Четвертый (фрагмент)

Когда я добрался до дома, Генри сидел среди своих сканеров и мониторов, с помощью которых отслеживал новости по всему миру и контролировал работу полиции в нашем районе. Он сразу все понял, хотя я не сказал ни слова, и приподнял мою мокрую штанину, чтобы взглянуть на шрамы. Вначале наша группа состояла из девяти. Троих уже не стало, они мертвы. Нас осталось шестеро. Они охотятся на нас и не остановятся, пока не убьют нас всех. Я — Четвертый. Я знаю, что я — следующий. Отрывок из романа

Сергей Тармашев. Ареал. Заражение (фрагмент)

Оперативный замер в своем кресле. Вот теперь точно конец. Даже если свершиться чудо, и противоракеты достанут цель, для нее это будет что слону дробина. Десять километров камня врежутся в планету на скорости тысяча метров в секунду. И уже неважно, в какую именно часть страны они ударят, все равно от нее не останется ничего. Полковник запоздало подумал, что если бы это была американская баллистическая ракета, он, пожалуй, был бы ей сейчас рад. Отрывок из романа

Сергей Тармашев. Тьма. Рассвет тьмы (фрагмент)

Змеиные языки почувствовали свою силу и больше не довольствовались редкими нападениями на пограничные поселения. Две недели назад песочники дотла разорили небольшой городишко, оставив после себя лишь трупы да дымящиеся угли. В рабство увели даже малых детей, а ведь общеизвестно, что спрос на них невелик. Наверняка все они уже погибли, не вынеся тяжестей иссушенных песков. Редония не потерпит такого злодеяния! Справедливость должна восторжествовать и обязательно восторжествует! Недаром народ наградил своего Короля прозвищем Справедливый. Отрывок из романа

Автокроссовер

Гладов пытается подобрать концы, повисшие в предыдущих его книгах, это своего рода «автокроссовер», «смешение героев и локаций различных произведений». Как именно писатель увязал все узелки, рассказывать не буду, иначе интрига утратит свою остроту. Суть в том, что большинство произведений Гладова заканчивается отнюдь не хэппи-эндом. Обычно читателей ждет или открытый финал, или краткое резюме: «короче, все умерли». Рецензия Артёма Рубайло на книгу Олега Гладова «Любовь стратегического назначения»

Ни богу свечка, ни черту кочерга

Не подумайте плохого: на самом-то деле автор пишет не хуже многих других, это я привередничаю. Когда раскачается, она и интригу может закрутить, и пищу для размышления подкинуть. Начни Белл свою историю с того, чем заканчивается роман, мог бы получиться бодрый боевик, вполне на уровне. Правда, тогда это была бы небольшая мистическая повесть с ударным финалом, а не полновесный роман — но чем-то в этой жизни всегда приходится жертвовать. Рецензия Артёма Рубайло на книгу Алекс Белл «Девятый круг»

Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что

Все герои бестолково интригуют, следят друг за другом, перестреливаются, бьют мутантов, обходят аномалии и ломают головы: что же такое Зона и что она делает с людьми? Ответы у них, естественно, не сходятся — вот вам и почва для конфликта с драками до кровавых соплей и сквозных дырок в черепушке. Ребята и девчата, впрочем, по большей части симпатичные, хотя подставляют друг дружку за здорово живешь. Рецензия Артёма Рубайло на книгу Алексея Степанова «Сердце Дезертира»

Волшебная флейта

На скромный взгляд рецензента книга написана чересчур просторно, воздушно для такого сюжета — чуть-чуть, самую малость, не хватало действия, скорее всего потому, что первый том закончился слишком рано. Но это, как вы понимаете, не более чем мелкие придирки, выросшие из неизменно высоких ожиданий. Рецензия Ники Батхен на книгу Генри Лайона Олди «Urbi et orbi, или Городу и миру. Книга 1. Дитя Ойкумены»

Зерна грядущего

Одно автор уловил точно: если сейчас Соединенные Штаты с треском и грохотом провалятся в тартарары, большая часть населения земного шара вздохнет с искренним облегчением. Ни секунды не задумываясь о фатальных последствиях, к которым приведет исчезновение с мировой сцены такого влиятельного игрока. Рецензия Василия Владимирского на книгу Андрея Столярова «Звезды и полосы»

Не чини то, что не ломалось

Есть такое старое программерское правило: «Не чини то, что не ломалось». Фиона Хиггинс следует ему, пожалуй, с несколько излишним рвением. Писательница неизменно верна сюжетной схеме, которая однажды принесла ей славу и позволила полностью посвятить себя литературе. Сработало раз, сработало два, сработает и три — в общем, логичное умозаключение. Рецензия Артёма Рубайло на книгу Фионы Э. Хиггинс «Коллекционер стеклянных глаз»

Пуля в «молоко»

Новый сборник малой прозы Олега Дивова получился «отчётным» — по сути, все свежие истории за 2008-2009 годы. Другое дело, что вошедшие в него произведения либо уже публиковались в журналах и антологиях, либо были выложены в сети. И отсутствие «эксклюзива» не может не огорчать. Но и имеющиеся семь рассказов вроде бы должны радовать читателей. Рецензия Андрея Зильберштейна на книгу Олега Дивова «Стрельба по тарелкам»

Робинзоны Великой Степи

Есть базовый принцип, которого старается придерживаться подавляющее большинство отечественных издателей: книга про «попаданца» непременно должна иметь счастливый финал. К концу ...надцатого тома эпопеи, герой просто обречен одолеть всех супостатов, захватить трон, жениться на принцессе и «жить долго и счастливо», во веки веков, аминь. Другие варианты рассматриваются крайне неохотно: даже если книга без традиционного хеппи-энда и увидит свет, ее едва ли ждет оглушительный коммерческий успех. Рецензия Василия Владимирского на книгу Игоря Недозора «Гарнизон»

Диалоги с бессмертными

Читатели в большинстве своем ретрограды и консерваторы. Любят старое-доброе, классику превозносят. Бывает, правда, вспухает над родным болотом радужный пузырь нонконформизма. Нальется дурным глазом, да и лопнет. Только запах от него и останется. И снова тишь, покой, благолепие. Хоть пейзаж пиши. «Сон в летнюю ночь». А все же иногда хочется чего-нибудь эдакого. Знакомого и в то же время иного. Рецензия Николая Калиниченко на книгу «Герои. Новая реальность»

Я, другой я и снова я

От романа остается стойкое ощущение, что создавалась эта книга автором для себя. Для собственного удовольствия. Не на заказ и даже не в ответ на фразу приятеля-издателя: «А не написать ли тебе, братец, героическое фэнтези, я б издал...» Нет, кажется, создан роман именно исключительно по авторскому соизволению. И это настолько подкупает, что на недостатки — буде таковые отыщет пристрастный критик — лично я запросто закрываю глаза. Рецензия Елены Хаецкой на книгу Федора Чешко «На берегах тумана»

Свой среди других

Сергей Буркатовский на протяжении всей книги проводит неуклюжую апологию Сталина. А под занавес добавляет к ней еще и апологию социализма, явленную в созвездии трескучих фраз (публичное выступление Сталина после того, как был впервые испытан советский ядерный боезапас). Всякий писатель слабеет в своем ремесле, когда бросает возвышенные дело создания художественных образов ради незамысловатого труда публициста. Это закон. Никак его не обойти... Рецензия Дмитрия Володихина

Я в шкафу не была. Ответ автора

Я с большим удовольствием прочла ваше письмо. Дело в том, что я впервые получила отклик от читателя, да еще и такой эмоциональный, искренний.