Как принять неизбежное, или Пять стадий структурирования хаоса

С 3 по 7 ноября в Петербурге прошел первый очный интенсив Creative Writing School — литературных мастерских, основанных писателем Майей Кучерской. В течение пяти дней слушатели делали первые шаги в литературу, составляли план будущей книги и рисовали комиксы. Главный редактор «Прочтения» Полина Бояркина побывала на одной из мастерских и узнала, чему можно научиться за такой короткий срок.

В границах дозволенного

В упоминаемых реалиях художественного мира романа легко угадывается современная российская действительность, но в то же время реальность его оказывается фантастической: герои словно одновременно находятся и в сюжете вечерних новостей, и в художественном пространстве замятинского романа «Мы», и в футуристическом мире братьев Стругацких.

Кураторы наследуют землю

Но искусством и экономикой польза кураторской работы не исчерпывается. Напротив, мы можем курировать самих себя, как бы напыщенно это ни звучало. Более того, мы уже этим занимаемся. Люди больше не наследуют свою идентичность от семьи, региона, в котором родились, и так далее. Они выстраивают ее сами, тщательно выбирая «стройматериалы».

Три самых важных буквы

«Самая главная молекула» заинтересует как школьника, так и студента, потому что, в отличие от учебника, повествование выстроено не как набор разрозненных и не связанных между собой параграфов, а как история открытия и изучения молекулы ДНК. Описаны не только результаты удачных экспериментов, но и не столь успешные попытки ученых приблизиться к истине. Это делает книгу похожей на увлекательный детектив, в котором ученые ищут ответ на вопрос, что же такое ДНК и как она устроена.

Живы будем — не помрем

Выход на широкий экран фильма Бориса Хлебникова «Аритмия» состоялся несколько недель назад, но, кажется, посмотреть его успели еще до официальной премьеры. Слишком томительным было ожидание самой обсуждаемой картины «Кинотавра». «Прочтение» вновь собирает известных кинокритиков за одним «круглым столом», чтобы поговорить о предельной честности фильма, судьбе главных героев и мастерстве команды режиссера.

Выход из лабиринта

Вряд ли существует много людей, способных понять Арно Шмидта без подсказок и объяснений. Тем ценнее вышедшее издание трилогии Nobodaddy’s Kinder, «Ничейного отца дети», где почти половину текста составляют комментарии и едва ли не комментарии к комментариям, путеводная нить в нагромождении слов.

Кураторы наследуют землю

Но искусством и экономикой польза кураторской работы не исчерпывается. Напротив, мы можем курировать самих себя, как бы напыщенно это ни звучало. Более того, мы уже этим занимаемся. Люди больше не наследуют свою идентичность от семьи, региона, в котором родились, и так далее. Они выстраивают ее сами, тщательно выбирая «стройматериалы».

Три самых важных буквы

«Самая главная молекула» заинтересует как школьника, так и студента, потому что, в отличие от учебника, повествование выстроено не как набор разрозненных и не связанных между собой параграфов, а как история открытия и изучения молекулы ДНК. Описаны не только результаты удачных экспериментов, но и не столь успешные попытки ученых приблизиться к истине. Это делает книгу похожей на увлекательный детектив, в котором ученые ищут ответ на вопрос, что же такое ДНК и как она устроена.

Дания Жанси. Сестра М

Не часто встречаешь рассказы о милосердии. Особенно те, где автору удается обойтись без морали, действуя на противоречии слов и поступков героев. В тексте «Сестра М» Дания Жанси показала мир глазами космополита, который сумел преодолеть географические границы, но споткнулся на пороге сочувствия к другому.

Выход из лабиринта

Вряд ли существует много людей, способных понять Арно Шмидта без подсказок и объяснений. Тем ценнее вышедшее издание трилогии Nobodaddy’s Kinder, «Ничейного отца дети», где почти половину текста составляют комментарии и едва ли не комментарии к комментариям, путеводная нить в нагромождении слов.

Эхнатон от искусства

Новый сборник Бренера состоит из нескольких десятков эссе о разных творцах, от совсем коротких лирических зарисовок до пространных размышлений о наиболее важных для автора персонах — например, о Мантенье, Гойе, Караваджо, людях так или иначе маргинальных и близких автору книги своим активным жизнетворчеством.

Последние герои потерянного поколения

Парадоксально, но все великие американские романы опровергают великую американскую мечту. Изданная на русском языке в нынешнем году, спустя восемь лет после выхода книги в США, «Американская ржавчина» Филиппа Майера продолжает эту негласную традицию.

Татьяна Млынчик. Леонид

Рассказ Татьяны Млынчик «Леонид» – история о поиске друга и превратном воплощении мечты в реальность.

Кинематографист малых жестов

В издательстве Ad Marginem вышли биография Дерека Джармена, написанная Майклом Чарслвортом, и книга самого режиссера — «Хрома». Журнал «Прочтение» подготовил материал о судьбе и интересах британского авангардиста.

Сладость или гадость?

Чтобы проникнуться эстетикой смерти и ужаса, необязательно белить лицо и рисовать кровоподтеки. Испытать острые ощущения можно, даже оставшись дома. Нужно лишь правильно подобрать книгу на вечер.

Ната Корнеева. На 96% оборотень

Рассказ Наты Корнеевой не имеет отношения к фэнтези. Это история о болезни и отчуждении, о попытке оставаться человеком в отчаянной ситуации и мучительном распоряжении судьбой своего ближнего.

Обнаженный нерв советской богородицы

Жизнь не исследуется — она сочиняется и «выписывается». Примеров так много, что, кажется, все это просто не может быть случайным. Есть подозрение, что Кузнецов делает это намеренно, транслируя мельчайшие фрагменты литературных и не очень литературных субтрадиций.

Исцеляя набережную

С первых же строк автор показывает: тут главным будет не архитектура, каналы и лодочники, а мой город, пусть мой он — лишь временно.