Рецензии

Смутное время

В самом конце советской эпохи – в «странное время промежутка; время, когда Россия словно снилась самой себе» – безымянный герой находит тетрадку с мемуарами своей бабушки и не обнаруживает в них сведений о своем деде, словно того и не было никогда.

Книги Текст: Анастасия Сопикова
Чудеса абсурда

Появлению на русском языке «Уилларда и его кегельбанных призов» предшествовали долгие краудфандинговые сборы, разговоры о Бротигане и литературе XX века. Книгу достали из сокровищницы великого непрочитанного и подготовили к изданию за счет читателей. Роман моментально попал в списки самых ожидаемых книг сезона.

Книги Текст: Сергей Шпаковский
Ужасающее изящество

«Я не думаю, я чувствую, и все кажется таким настоящим», — говорит полуавтобиографический герой дебютной картины Форда, обнажая его режиссерский метод. В «Под покровом ночи» Форд продолжает работать в этом направлении, создавая фильм, который ослепляет зрителя изяществом ужаса.

Книги Текст: Елена Белицкая
Литература в собственном соку

Сборники интервью занимают промежуточную ступень между книгой как таковой и прессой, газетами и журналами. Выходя за рамки привычного формата, вчерашний журналист уже сегодня, с собственной книгой, превращается в писателя. А если книга состоит из бесед с писателями, то получается литература в собственном соку.

Книги Текст: Елена Васильева
Россия, которую мы потеряли

Об изнанке парадной Москвы в конце XIX — начале XX веков, о том, что ничего не изменилось сейчас и не изменится даже через сто лет рассказала критик Асса Новикова.

Книги Текст: Асса Новикова
Проза короткого действия

В Париж иногда хочется даже суровым жителям Урала. Об этом – новая книга «Лолотта и другие парижские истории».

Книги Текст: Елена Кузнецова
Жизнь и смерть Поля-Эмиля Луэ

Байи протоколирует каждую стадию распада, обращая внимание на все детали, вплоть до того, какие насекомые трудятся над трупом на той или иной ступени разложения.

Книги Текст: Сергей Васильев
Превращаясь в поток

Таинственный — почти джармушевский — поезд проносит нас через киносны главной героини книги Патти Смит «Поезд М». А что, если бы Патти сама снимала фильмы? Какими бы они были?

Книги Текст: Натали Трелковски
Признак человека

После этой картины уже можно говорить о почерке Твердовского: он заставляет зрителя сопереживать, напоминает о сочувствии к ближнему, разрушает привычное равнодушие. Ему хватает чувства меры и вкуса не превратить свою картину в пересказ убогой действительности.

Кино Текст: Егор Королев
Цинизм и нежность

В своей новой книге молодой писатель Антон Секисов с предельной самоиронией рассказывает об отношениях с женщинами, о съемках в кино и внимательно всматривается в окружающий мир, даже не надеясь найти в нем своего места.

Книги Текст: Анастасия Рогова
Очарование документальности

Повествование то забегает вперед, то откатывается на несколько шагов назад, одни детали конкретизируются, другие стираются под предлогом «не запомнилось», «забылось». Это сообщает «Моей гениальной подруге» очарование документальности.

Книги Текст: Елена Кузнецова
Память камня

«Маленькая жизнь» противится обобщениям и однозначным выводам: в жанровом плане это не просто роман взросления или психологическая хроника, а сюжет романа не заключишь в пару строк, потому что получится только нелепая история иррационального успеха «несмотря ни на что».

Книги Текст: Анна Гулявцева
Метафизика виски

Простота и прямота — отличительные черты стиля Буковски, которые прослеживаются во всем его творчестве, удивительно обширном для человека с не самым здоровым образом жизни. Еще раз в этом убедиться помогает недавно вышедший по-русски сборник «Из блокнота в винных пятнах».

Книги Текст: Сергей Васильев
Кто подмел в ЦДХ дорожки, или 9 нехудожественных книг для детей

Прошла неделя после окончания главного события года в сфере отечественного книгоиздания – ярмарки интеллектуальной литературы Non/fictio№ 18. Продавцы массируют свои опухшие ноги, а покупатели – руки, натруженные сумками со множеством томов. «Прочтение» вместе с Верой Ерофеевой делится с вами «детским» уловом нехудожественных книг.

Книги Текст: Вера Ерофеева
Музыка свободы

В новом романе Барнса с мандельштамовским названием «Шум времени» рассказывается о жизни Шостаковича во время правления Сталина и после его окончания. Несмотря на то, что в 2016 году исполняется сто десять лет со дня рождения композитора, эту книгу нельзя назвать биографическим романом, посвященным юбилею.

Книги Текст: Мария Малинская
Шить за колючей проволокой

Мэри Чэмберлен не пожалеет свою героиню и проведет ее по всем кругам ада. Бомбежки, попытка укрыться в монастыре, работа портнихой в концлагере. Голод, одиночество, домогательства, насилие. После каждого пройденного круга Ада Воан не теряет надежду на лучшее – а вместе с ней и читатель начинает верить в то, что все кончится хорошо.

Книги Текст: Надежда Сергеева
Стрелы времени

Едва ли кто-то возьмется спорить с тем, что Клоуз сумел создать точные образы замученных проблемами и бытом городских жителей, посещающих психотерапевтов, не подозревающих о том, что будет завтра, переживающих за будущее своих детей и собирающих копейки на покупку хот-дога и оплату мобильной связи.

Книги Текст: Анастасия Бутина
Дождь из сплетен

Зыгарь предлагает посмотреть в замочную скважину российской политики и, видимо, сам не замечает, что «краткая история современной России» больше походит на вырезки из желтой прессы, чем на историю.

Книги Текст: Егор Королев
Самый глубокий цвет

Гореть и потом резко потухнуть, изображать счастливую жизнь через силу, стараться не видеть внутрисемейных и просто внутренних проблем – все это было и в XIX, и в XX, и в XXI веках.

Книги Текст: Елена Васильева
Слишком много любви

Аксенов с горечью рассуждает о времени, которое мы привыкли считать беспощадным, позабыв о том, что, в отличие от человека, время лишено свободы выбора, и движется только вперед.

Книги Текст: Полина Бояркина
Неисчезнувший Пригов

Нет контекста, нет авторской маски, нет самого автора. Но есть сборник. И сборник переиздан именно сейчас. Пригов по какой-то причине оказался нужен не только узкому кругу почитателей (им больше приглянется увесистое собрание сочинений), но и новому, неподготовленному читателю.

Книги Текст: Валерий Отяковский
Долго ли, коротко ли

Герои его новой книги сказок тоже всегда «иные», но и живут они в своeм волшебном мире. Инаковостью они органично входят в арсенал любимых типажей Каннингема, но велик соблазн разрушить их уютные домики, как сделал волк в сказке про трех поросят.

Книги Текст: Анастасия Житинская
Корни искусства

Жанр эссе, кажется, больше всего подходит Максиму Кантору. Эта форма позволяет не ограничивать себя строгими рамками и высказать собственное мнение как можно более полно. А у Кантора оно есть всегда – не только об искусстве, но и о самых разных сторонах жизни – от политики до истории.

Книги Текст: Валерия Темкина
Профориентация 2.0: Кухня

В ретроспективе хочу сказать, что идея с ужином в одеялке была не такой уж провальной. Да что там – отличная была идея. Если бы я обучилась этому искусству в возрасте бессознательного, мне не нужно было бы так травматично эволюционировать в своей роли жены и матери.

Книги Текст: Вера Ерофеева
Книга для одного читателя

Единственным источником творческих идей для Квирикадзе является сама жизнь. Эта книга – отличный учебник писательской наблюдательности, поиска сюжетов буквально в воздухе. Не бывает ситуаций, когда не о чем писать, бывают писатели, которые не могут заставить свои глаза и уши работать.

Книги Текст: Мария Кольцова
Помни, что смертен

В целом же «Авиатор» – роман глубоко трагичный. Читать его тяжело. И хотя Водолазкин ловко управляет вниманием читателя и нередко заставляет его с напряжением перелистывать страницу за страницей, ради развлечения эту книгу вряд ли стоит брать в руки.

Книги Текст: Надежда Сергеева
Было, есть и будет

Большая книга Кузнецова напоминает инкрустированную драгоценными камнями карту одной, но громадной Империи. И инкрустация эта в самом деле богатая. Тут есть детективы, любовные истории, шпионские головоломки, травелоги, записки революционеров, офисные будни, семейные хроники...

Книги Текст: Владимир Панкратов
Литературное камлание

Магия этой книги, намеренно написанной без изысков в сюжете, в том, что Данилов решился примерить на себя личину пророка, создателя большой победы «Динамо». Однако команда от этого, как заметил автор, начала проигрывать еще сильнее.

Книги Текст: Елена Васильева
Значит — существую

Женщины романа прекрасны в споре с судьбой, отстаивании прав на любовь, внимание и уважение. Скрытые от глаз платками и длинными одеждами, они надолго овладевают разумом героев, вдохновляя их на поступки.

Книги Текст: Надежда Каменева