Осторожно, психованные родители!

Текст: Ксения Долинина

ДОБАВЬ ИЗЮМУ

На самом деле я всегда хотела быть такой мамой, как мама Муми-тролля. Но пока не очень получается. В итоге мне приходится радоваться хотя бы тому, что я не слишком похожа на многих мам, которые прочно поселились в современной детской литературе.

Я не покрыта с ног до головы татуировкой (может, зря, я вот думаю), как мама из повести Жаклин Уилсон «Разрисованная мама». В отличие от этой мамы, я не пропадаю ночами в барах и всегда, всегда прихожу домой трезвая. Между прочим, эта книга признана лучшей книгой 2000 года в Англии. Что у них там происходит с семейными ценностями, интересно мне знать?

Моя природная жизнерадостность спасает меня от сравнения с депрессивной мамой из книжки норвежского писателя Эндрю Лунда Эриксена «Осторожно, Питбуль-Терье!»:

«Мама присаживается к столу. Хотя обедать не собирается. Она никогда не ест, если ей страшно. А страшно ей очень часто. Поэтому мама страшно худая.
— Я заказала елку на Рождество, — говорит мама и старательно улыбается.

Ее хватает на полминуты. Потом улыбка сбегает с губ и вид у мамы делается откровенно грустный».

Эта мама дает ребенку на обед бутерброды, не ходит по магазинам и боится мужчин так, что ее сыну приходится разыграть целый спектакль, чтобы привести в дом электрика, когда перед самым Рождеством из-за дешевой пластмассовой елки неизвестно какого производства происходит короткое замыкание.

Прекрасно, что у меня не такой пронзительный голос, как у Перечницы из прелестной повести Пеннака «Собака-пес». Родители Пом, Потный и Перечница, выглядят примерно вот так: «Какой-то здоровенный тип, красный как рак, в шортах и в бешенстве. Очень тощая дама, бледная, как репа, в шляпе с цветочками и в бешенстве». Нет, все не так плохо.

И пока что дочка не сообщила мне о том, что я старомодная клуша, как сделали мерзкие девчонки, героини повести Томаса Брецины «Добавим маме изюминок!». Многие подростки стесняются своих родителей, но мало кому приходит в голову изменить ситуацию — добавить изюму в серых, неинтересных родителей. Впрочем, видимо, что-то похожее меня непременно ждет в недалеком будущем, потому что я, конечно, страшный ретроград.

А вот мама Сикстена из повести Ульфа Старка попросту усвистала в Данию, вышла замуж за другого человека. И мальчику Сикстену приходится самому искать папе новую жену, потому что жить так больше невозможно — стиральная машина сломана, готовить папа не умеет, в доме бардак. Но все бесполезно. Папа на самом деле не хочет ничего менять в жизни, и вообще больше всего на свете он хотел бы быть... коровой. Вот что он говорит: «От коров исходит такой покой. Не замечал? У них глаза особенные: карие и умные. Вот бы быть коровой! Если бы можно было загадать, кем стать в следующей жизни, я бы стал коровой. Ничто их не беспокоит, жуют себе и все. Спят да от мух отмахиваются. Ни забот ни хлопот».

Мама девочки Симоны, героини другой повести Ульфа Старка «Чудаки и зануды», забывает о самом святом — о дне рождения своей двенадцатилетней дочки! Эта мама уже просто оставила все попытки стать «нормальной мамой». Впрочем, какой-то элемент нормальности все-таки присутствует — мама замужем, а значит, у Симоны есть отчим (настоящий придурок), то есть дополнительная головная боль.

ДАУН ХАУС

Разные родители стали героями новой европейской литературы: раздраженные, инертные, глуповатые, несчастные, бедные (впрочем, это не так уж ново), все поголовно некрасивые, немолодые, безвкусно одетые и абсолютно бесперспективные.

Чтение подобных книг приносит мне какое-то не слишком-то честное удовлетворение. Это как кино «Дневник Бриджит Джонс», только первая часть: осознание того, что я не пью, не курю и не обмениваюсь сообщениями с начальством, вместо того чтобы работать, как это делает Бриджит, греет душу (есть одно «но»: обе мы увлекаемся «запудривателями мозгов»). Точно так же чтение подростковых книг про несуразных родителей приносит мне удовлетворение от того, что я все-таки гораздо лучше многих из них.

Да, детям быстро приходится понимать, что родители - не боги. Мама - не обязательно ангел-электровеник, она не может все успевать, сохраняя мудрую всепрощающую улыбку на лице, а папа никак не похож ни на смелого летчика, ни на бравого капитана дальнего плавания. Взрослые психуют, ссорятся, разводятся, снова женятся и выходят замуж за совершенно посторонних людей, и детям приходится с этим как-то мириться. Теперь это происходит не только в жизни, к чему мы все привыкли с детства, но и в книжках. Сначала меня это возмущало. А потом я поняла: ну что же, это веяние времени. Во всяком случае, мини-социологический опрос среди старших родственников подтверждает: да, нынешние родители гораздо более психованные, чем раньше. Тревожные, задерганные и несчастные.

Самая замечательная книжка про психованных родителей, которая попалась мне за последний год, — это «Само собой, и вообще» австрийской писательницы Кристине Нёстлингер. Она появилась в серии «Лучшая детская книжка» издательства «Самокат». Как обычно, тут замечательные картинки и хороший перевод (привет тому читателю, который просил указывать качество перевода).

Здесь все родители, а также их новые мужья и жены первого и второго поколения, их дети и друзья детей — все варятся в одном котелке, который можно назвать полинуклеарной семьей. Они, конечно, иногда ссорятся, по неделям не разговаривают друг с другом, но когда дело пахнет керосином, то даже неповоротливым в психологическом плане взрослым становится не до ссор. Несмотря на то что родители получились совершенно придурочные, в целом книжка очень добрая, я бы даже сказала, позитивная. Здесь достаточно замысловатым образом утверждается, что родители всегда остаются родителями, как бы жизнь ни повернулась. И они всегда любят своих детей.

«ЖИЛА-БЫЛА ДЕВОЧКА, ПОХОЖАЯ НА ТЕБЯ...»

Собственно, все прекрасно, только зачем? Зачем говорить о таких реальных проблемах? Зачем нивелировать авторитет родителей и показывать, какие они беспомощные? Тут я могу представить только одно объяснение. Писатели увлек-лись психологической теорией о сказкотерапии. Это совсем не новый метод, просто последние лет десять-пятнадцать сказкотерапия вошла в моду. Основной метод выражен в названии книжки основоположницы современной сказкотерапии Дорис Бретт: «Жила-была девочка, похожая на тебя...». Все детские проблемы, включая энурез, ночные страхи, переезды, развод родителей, рождение брата или сестры, смерть родственников, — все это очень трудно обсуждать с ребенком. Гораздо проще решение завернуть в красивую сказочную обертку, присыпать шоколадной крошкой волшебных обстоятельств и полить сладким соусом неотвратимого хеппи-энда. Так очень удобно разговаривать с дошкольниками. И я делала это на полном автоматизме. Сейчас, когда деточке уже восемь лет, она доросла до одежды на 140 см и норовит залезть на МОЮ книжную полку в поисках Стивенсона и Жюля Верна, сказкотерапия вызывает у нее этакую недоверчивую улыбку. И я смущаюсь. Приходится (глубокий вздох) говорить с ней серьезно. Хотя не без фантазии, ясное дело.

Книжки про психованных родителей — это и есть такое описание реальных, серьезных обстоятельств по законам художественной литературы.

САМЫЙ СИЛЬНЫЙ СЛОН

На мое большое счастье, есть все-таки и другие книги про родителей. Они либо не такие уж новые, либо их авторы не желают следовать этой странной моде и выбирают в качестве декораций другие, не столь печальные обстоятельства, либо у авторов есть четкое представление, что детям легче живется, когда они верят в могущество своих родителей.

Например, книжка Анне-Катерины Вестли «Мама, папа, бабушка, восемь детей и грузовик». Жизнь семьи там — ох нелегкая. Но уважение к родителям, к бабушке - ну просто патриархальное.

Есть «Оливия» Яна Фалконера, где мама — настоящий волшебный ключик, она помогает всегда.

Или, скажем, голландец Тоон Теллеген написал книгу «Мой папа». Не могу не процитировать: «Я думаю, что мой папа — самый сильный человек на свете. Я, конечно, не совсем уверен, но кто-то же должен быть самым сильным. В стаде слонов всегда есть самый сильный слон. Всегда. А среди людей самый сильный — мой папа. Почему бы и нет?» Ну прелесть, правда?

Мне как маме, конечно, слаще читать «Муми-тролля». Но эти современные книжки, которые несколько жестоко обходятся с нами, родителями, наверное, нужны если не детям, то уж нам точно. Чтобы мы, предки, шнурки, могли посмотреть на себя со стороны.

Рисунок из книги Эндре Люнд Эриксен «Осторожно, Питбуль-Терье!»

Дата публикации:
Категория: Детская литература
Теги: ДетиСемья