Рецензии

Политический детектив

«Эта страна» — узнаваемый Фигль-Мигль, но стремление к политическому высказыванию как бы разделило текст на две части.

Книги Текст: Кирилл Филатов

Накрыться с головой

Роман излишне велик и наивен настолько, насколько наивна сама юность. Однако его сентиментальности не ранит – любой узнает себя в главном герое, его брате или девушке, почувствует эту свободу взросления и первой влюбленности: она как ветер, который ты не видишь, но чувствуешь его присутствие.

Верлибр длиною в роман

Стилистически роман одновременно напоминает произведения Ионеско, «Наивно. Супер» Эрленда Лу, учебники русского для иностранцев и абсурдистские пародии на буквари «Key Words Reading Scheme» — это клиповый текст, состоящий из множества маленьких фрагментов.

Книги Текст: Мария Лебедева

Житие северного гуру

Очевидно, что с выходом «Ивана Ауслендера» у Германа Садулаева появится много новых, не знакомых с более ранним его творчеством читателей, «клюнувших» на оппозиционную составляющую. Но они найдут в романе гораздо больше, чем рассчитывали.

Книги Текст: Борис Алиханов

Странники, страны и странное

Открывая книгу Гракхова, знаешь лишь то, что рукопись — в лонг-листе «Национального бестселлера — 2017». Закрывая — знаешь не больше.

Книги Текст: Мария Лебедева

Реквием по чужой мечте

«Все, чего я не сказала» — книга, проникнутая лирическим звучанием, мотиву которого поддаешься и начинаешь сопереживать каждому без исключения персонажу.

Книги Текст: Нонна Музаффарова

Мутная призма предрассудков

Книга «Чудо» основана на реальных историях так называемых «голодающих девочек», живших в разных странах в XVI–XIX веках, которые, по свидетельствам современников, в течение длительного времени обходились без пищи.

Книги Текст: Екатерина Супрун

По ту сторону решетки

Решетка — это то, что отделяет человека от его прошлого. Нам обманчиво кажется, что оно — там, по ту сторону, но прошлое, по словам Лозницы, — это то, что внутри человека.

Кино Текст: Виолетта Полякова

Если ты устал от Сонтаг

Выбранные книги расскажут все, что стоит знать о фотографии, — каждая своим уникальным языком.

Книги Текст: Маша Иванова

Вышедшие из Гоголя

Часто ни время, ни место действия не имеют особого значения, поскольку художественная стихия Долгопят — это повседневная жизнь тех самых маленьких людей, любовью к которым так славятся русские писатели и которая как будто и протекает в пространстве самой литературы.

Книги Текст: Кирилл Филатов

Полено заговорило

Четыреста страниц загадочного досье, найденного в городке Твин-Пикс, штат Вашингтон, — удивительный подарок для людей, жизнь которых разделилась на «до» и «после», для которых совы навсегда перестали быть просто совами.

Книги Текст: Александра Першина

О семье и прочих неприятностях

«Уроки дыхания» — роман о том, как люди, особенно близкие, подчас не могут договориться, уступить и услышать друг друга. Все диалоги напоминают спор из «Гордости и предубеждения», повторяющийся раз за разом.

Книги Текст: Алена Пылаева

В замедленной съемке

Спектакль Андрея Могучего — попытка пристально вглядеться в один из маленьких кусочков пазла, составивших масштабную картину исторического перелома. Вслед за Андреевым постановщик уходит от разговора о внешних потрясениях — к размышлениям о потрясениях, переживаемых глубоко внутри.

Театр Текст: Наталия Соколова

Среди корней орхидеи

Новый роман Скарлетт Томас, вышедший у нас совсем недавно под интригующим названием «Орхидея съела их всех», сочетает в себе сразу два модных тренда: семейную хронику и ботаническую тематику.

Книги Текст: Татьяна Наумова

Лабиринт Перека

Панграммы, палиндромы, гетерограммы, моновокализмы, анаграммы — лишь малая часть безумной языковой игры, в которую на протяжении всей жизни играл Перек.

Книги Текст: Натали Трелковски

Системный сбой

Япония, наше не столь далекое и — точь-в-точь, как в книге футуролога Фукуямы — постчеловеческое будущее. Мир окончательно превратился в большую цифровую деревню, а люди сильно увлеклись бионическими модификациями: в ходу различные импланты, и все существенно меньше беспокоятся насчет старения и смерти, ведь теперь можно поставить себе новые киберглаза или киберпечень.

Кино Текст: Александр Павлов

Поворот не туда

В самом начале романа читателя будто ловят на стальной крючок, вроде бы и небольшой, но намертво вцепившийся в самое сердце.

Книги Текст: Екатерина Супрун

Границы сна

Если перед сном много переводить Набокова с одного иностранного языка на другой, то приснится роман Лены Элтанг. Но это неточно.

Книги Текст: Мария Лебедева

Бесконечная одиссея

Судьба второго романа знаменитой тетралогии Ричарда Форда о жизни Фрэнка Баскомба оказалась на редкость завидной — книга отмечена престижными литературными премиями Пулитцера и Уильяма Фолкнера.

Книги Текст: Нонна Музаффарова

Начало песни

Сибрук явно горюет по фигуре автора-исполнителя, изливающего в песне свои подлинные чувства, забывая, что в поп-музыке важно скорее то, какими чувствами песня наполняет слушателя.

Книги Текст: Лев Калиниченко

Партия в шахматы

За черно-белой доской игроки столкнулись не впервые: судя по уверенной позиции белых, была сыграна уже не одна партия, в каждой из которых они победили. Черные фигуры не сдались, однако вынуждены теперь прикладывать гораздо больше усилий, не только чтобы победить, но хотя бы отстоять право на игру.

Кино Текст: Елена Белицкая

Живые книги весны

Журнал «Прочтение» подготовил подборку «живых» детских книг, пробуждающих воображение, фантазию, сострадание к героям и желание изменить мир в лучшую сторону.

Книги Текст: Надежда Каменева

Важные годы

Керет во многом — израильский Довлатов. Столь же остроумный, наблюдательный и всегда немного грустный. Однако, в отличие от Сергея Донатовича, у которого были не самые простые отношения с действительностью, Керету в своем мире хорошо. Пишет ли он о войне, ортодоксальной сестре, раздаче автографов — его не оставляет ирония и, что особенно интересно, любовь.

Книги Текст: Валерия Темкина

Рамки для гения

Басинский прослеживает жизнь писателя, начиная с истории его рода и заканчивая смертью, описывает детство, потерю родителей, годы становления Толстого как личности, службу на Кавказе и в Крыму, обращается к его любовным историям, к «семейному проекту», жизни в Ясной поляне, истории его религиозных исканий, отречения от церкви, собственности и, наконец, ухода из дома в 1910 году.

Книги Текст: Мария Михновец

Рожденные плыть

​​​​​​​Книга Дорит Линке наверняка вызовет споры. Однако она точно поможет решиться на судьбоносный шаг, придаст сил тем, кто видит перед собой непреодолимую стену. Основанная на историческом материале, она говорит о преодолении внутренних границ, о мечте и решимости творить свою жизнь самостоятельно вовеки.

Книги Текст: Надежда Каменева

Что требовалось доказать

В новом обзоре научно-популярной литературы «Прочтение» пытается найти ответ на вопрос, нужна ли математика в обычной жизни.

Книги Текст: Полина Бояркина

После смерти ничего нет

История человеческого растворения в современности, где размывается не привязанная ни к чему материальному идентичность.

Кино Текст: Елена Белицкая

Заявление хулигана

Сам автор называет свою книгу «опытом плебейской уличной критики». Как на источники вдохновения он указывает на Варлама Шаламова, у которого научился неподчинению толпе, и на Джорджо Агамбена, осуществившего слияние поэзии и критики.

Книги Текст: Сергей Васильев

Отец умер – да здравствует отец

Бротиган и Бартелми — будто братья-близнецы: проза первого наивна, текуча и прозрачна, проза второго прямолинейна, угловата, чеканна и даже груба, но тот и другой связаны общей пуповиной абсурда.

Книги Текст: Натали Трелковски

Чужой среди своих

Гавриш искренне хочет разобраться, как люди умудряются жить и выживать в нечеловеческих условиях. Но у него не получается. Он старается понять своих героев, но не понимает. В его репортажах не видно сострадания.

Книги Текст: Егор Королев