Советский комикс

Текст: Валерий Отяковский

  •  «Комсомолия» Телингатера / Безыменского: Шедевр конструктивизма и запрещенный бестселлер. — СПб.: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2018. — 128 с.

К Александру Безыменскому вряд ли применима формула «несправедливо забытый»: этот советский поэт — функционер от литературы, сознательно ограничивший себя пролетарски-партийной тематикой. Нет ничего удивительного в том, что его книги не были приняты постсоветскими литературными институциями, но удивительное есть в том, что совсем недавно увидело свет научное издание одной из его поэм.

Не переиздававшаяся в полном объеме с 1929 года, репринтно воспроизведенная «Комсомолия» сопровождается томом статей и комментариев в 2,5 раза больше самой поэмы: десятки иллюстраций, архивные материалы, профессиональный филологический и искусствоведческий анализ. Подобным вниманием одарено далеко не каждое произведение, того достойное.

Поэма посвящена становлению комсомольской организации: ее быту, полному раскулачиваний, свирепой работы ЧК и попыткам выстроить новую жизнь со своими любовями и дружбами. В идеальной стране Комсомолии рабочий учится писать, и первая написанная им фраза, конечно же, «мы не рабы»; партийный работник ищет время, чтобы почитать Каутского, Бебеля и Энгельса; молодая девушка потому только не на фронте, что ее уже успели ранить. Система образов — собрание штампов, но штампов в период становления и потому еще не растерявших своей изначальной выразительности. Стихи предельно конъюнктурны, но эта конъюнктурность относится к искренним двадцатым, а не ледяным тридцатым.

Текст формируется многогласицей Гражданской войны, однако сито политической позиции пропускает через себя лишь горстку риторики из всего богатства корчей улицы безъязыкой. Кто-то все время к чему-то призывает, кого-то обличает или наставляет, но голоса недовольных еле слышны. Хотя само присутствие неоднозначных персонажей — оголодавшего вора с завода или дезертира, выбравшего вместо борьбы родную мать, — делает честь автору, никакой полифонией здесь и не пахнет. В желании изобразить голос, которым говорит революция, «Комсомолия» похожа на кастрированную версию «Двенадцати» Блока, но если старший поэт переживал, что капля политики «замутит и разложит все остальное» в поэме, то Безыменскому впору беспокоиться о редких каплях поэзии.

Голос Блока не слышен в «Двенадцати», и в этом — художественный прорыв бывшего символиста. Безыменский в «Комсомолии» не показывает, а поучает, и эта дидактика убивает любую художественность. Автор не желает избавиться от власти идеи, ведь она для него значительнее, чем окружающие люди. Отношение к философским «тезисам», то тут, то там всплывающим в тексте, схоже с эротическим переживанием, в то время как смерть товарищей воспринимается с каким-то веселым наплевательством. Все происходит во имя Партии, которая в Комсомолии подменяет Бога. Это не христианский творец, обещающий счастье когда-то потом: это тотем, отвечающий на ритуалы и призывы мгновенно, но далеко не всегда — милостью.

ЦеКа играет человеком.

оно изменчиво всегда

то

вознесет его высоко

то

бросит в бездну без стыда

Безыменского обвиняли в подражании Маяковскому — поэма построена с явной оглядкой на приемы футуриста. В соответствии с модернистской дискретностью восприятия автор «Комсомолии» составляет текст из обрубленных фрагментов реальности, кусков фраз, отголосков чьей-то речи. Сами по себе эти осколки не имеют значения, и художественный эффект достигается их соположением, столкновением разных реальностей. Резкий переход от одного кадра к другому заставляет мысленно достраивать мостики между ними, что напоминает механизм работы важнейшего изобретения эпохи модерна — комикса.

Контурно очерченные герои, их убежденность в понимании добра и зла, нескрываемый дидактичный пафос и кадровость восприятия — все напоминает об Action и Detective Comics. Но если в американских аналогах за художественную часть отвечали далекие от актуального искусства люди, то четвертое (собственно и воспроизведенное) издание «Комсомолии» стало вехой в развитии советской книжной графики.

Книгу оформлял Соломон Телингатер, ответственный за дизайн важнейших книжных проектов 1930-х, — поэма Безыменского была его блестящим дебютом, первой крупной работой. Использование шрифтов разных цветов и размеров, экстремальное вторжение типографских символов в стихотворное тело и фотографии, фотографии, фотографии: вдохновленный Лазарем Лисицким и Ильей Зданевичем, Телингатер вдохнул настоящую жизнь в поэму и неожиданной расстановкой акцентов преобразил текст. 

Визуальная динамика, яркие образы и мощные цвета, благодаря которым каждая страница воспринимается в первую очередь как изображение, превосходит по силе воздействия лучшие образцы комикс-искусства. Сложные траектории, по которым следует читать некоторые строфы, вызывают в памяти жалобу впервые берущих в руки графический роман: «Я не понимаю, что с этим делать».

Работа Телингатера куда важнее работы Безыменского, это подчеркивается и в исследовательских статьях, и в архивных публикациях, и даже в выходных данных его фамилия стоит перед фамилией поэта. Культовый когда-то поэт, собравший свидетельства своей удивительной эпохи, не смог их осмыслить так, чтобы перерасти уровень «документа эпохи», но в руках художника книга все-таки стала объектом высокого искусства.

Книги Безыменского сами по себе могут вызвать разве что социологический интерес, ведь за десять лет «Комсомолия» вышла в десяти изданиях огромным тиражом в 400 тысяч экземпляров. Артефакт конструктивизма, созданный Телингатером, — лишь один из эпизодов истории изданий (пусть и самый интересный), а рядом с ним стоят массовые варианты поэмы в дешевых, скучных обложках.

Как и положено языческому богу, Партия не щадит даже самых верных слуг, и хотя поэт остался в живых во время разгула советской инквизиции, «Комсомолия» была запрещена, а сам он на время был исключен из рядов посвященных. Его имя, выплывшее из тьмы в связи с новым изданием, наверное туда и вернется, а у нас останется свидетельство буйной и даже великой визуальной культуры, которая была замучена и разложена своими же вождями. 

Дата публикации:
Категория: Рецензии
Теги: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге«Комсомолия» Телингатера / Безыменского: Шедевр конструктивизма и запрещенный бестселлер