Хосе Мануэль Прието. Ливадия, или Ночные бабочки Российской империи (Livadia)

Текст: Вадим Левенталь

  • Перевод с исп. П. Грушко
  • М.: Время, 2006
  • Переплет, 448 с.
  • ISBN 5-9691-0114-1
  • 3000 экз.

Занимательная энтомология

Работы на стыке беллетристики и энтомологии — не новость для русской литературы. И если среди жуков, комаров и тараканов безраздельно царствует Пелевин, то чешуекрылые до сих пор были вотчиной Набокова. Хосе Мануэль Прието пытается отбить немного от этого отряда себе. И что с того, что у автора «Ливадии» не русская фамилия? Нужно уже сейчас заявить права русской культуры на этого талантливого кубинского писателя. Ведь забрали же американцы себе Набокова.

Роман, во всяком случае, того стоит. «Ливадия» — это сложный симбиоз любовного романа, авантюрной контрабандистской истории, исторического романа о России начала девяностых, литературной энциклопедии и, кроме того, нежный привет всей эпистолярной литературе Европы.

География романа необычайно широка — это Петербург, Крым, Астрахань, Стамбул, Берлин, Швеция с Финляндией и чуть не вся Восточная Европа. Герой торгует военной техникой бывшей советской армии, ловит для шведского олигарха таинственную бабочку yazikus, которой, похоже, на свете не бывает, и спасает из стамбульского борделя русскую красавицу, которая сбегает от него в Ялте и пишет ему письма на рисовой бумаге.

У «Ливадии» своя, ни на что не похожая интонация, что уже само по себе необычно и достойно уважения. Если пытаться дать более точные ориентиры, то здесь подобрана интонация — на первый взгляд как минимум неожиданная, позволяющая повернуть роман с ног на голову. Задумчиво, ритмично, будто волны на ноги расположившегося на песочке читателя, набегает авторская речь на его (читателя) слух — и повествует о бешеной погоне, о таможенном досмотре вещей, среди которых — припрятанная военная техника на дне рюкзака, о драках, любви, сексе. Замедленный монтаж позволяет задержать внимание читателя на красотах слога и изящности авторской мысли и при этом не лишить его детского доверия к рассказчику. И доверие оправдывается: да, дальше будет только еще интереснее.

Это роман о России. Или о хаосе на дымящихся руинах империи. Во всяком случае, ничего более художественно убедительного о начале девяностых на бывшей одной шестой пока, кажется, написано не было. Во всяком случае, не на иностранном языке, так что, скорее всего, «Ливадия» останется единственным в своем роде романом о нас на испанском, да еще так умно и талантливо написанным.

И конечно, это роман о европейской культуре. Количество цитат и отсылок к самым разным текстам — бесполезно даже говорить, от чего и до чего, так велик спектр — тут не счесть, причем повествователь при этом не выглядит мечущим цитатный бисер снобом. Напротив, он увлекает читателя с собой и незаметно, интеллигентно провоцирует на участие в диалоге с людьми, населявшими земной шар последнюю тысячу лет.

В этом романе все великолепно — и накал любовной страсти, и непредсказуемость авантюры, а россыпи цитат придают ему не только, как новогодней елке, блеск, но и, как трехмерной картинке, объем. Объем, в котором комфортно любому неленивому читателю: здесь, совсем как в интерактивном музее, любой экспонат можно пощупать и забрать в конечном итоге с собой.

Дата публикации:
Категория: Рецензии
Теги: Виктор ПелевинДевяностыеИздательство «Время»Хосе Мануэль Прието