Габриэль Витткоп. Торговка детьми (La marchande d'enfants)

Текст: Анна Макаревич

История страстей

Повести Габриэль Витткоп, вошедшие в сборник под названием «Торговка детьми», после прочтения могут оставить тягостное впечатление. Изысканным языком автор описывает картины насилия над детьми, богохульства, расточаемые маленькой девочкой, и запретную страсть, без остатка овладевающую человеком. На фоне этого Париж конца XVIII века, исполненный кровавых событий и источающий, как водится, неприятные запахи, не производит сильного впечатления.

Однако опытному читателю известно, что подлинный интерес к литературе нередко бывает несовместим с брезгливостью и требует безоценочного отношения к излагаемым в книге событиям. Человек, способный соблюдать эти условия, бывает вознагражден. Именно такие требования предъявляет к читателю Габриэль Витткоп.

В обеих повестях, вошедших в сборник, мы сталкиваемся с проявлениями необычайно сильного человеческого стремления. При этом всякий раз оно бывает направлено на предметы, менее всего для этого подходящие. Так, в повести «Торговка детьми» объектом сексуального влечения выступают дети; в «Страстном пуританине» главный герой питает к тигру любовь, граничащую с одержимостью; юная Бланш из той же повести предстает перед нами бесконечно верующей, и доказательством этому служит ее непоколебимая уверенность в том, что месть Всевышнему является не только возможной, но и действенной.

Обо всем этом Витткоп говорит бесстрастно и холодно — в текстах отсутствует даже намек на одобрение или осуждение со стороны автора. И речь здесь идет вовсе не о том, что Витткоп не питала жалости к растерзанным детям или полагала возможной любовь к тигру. Здесь мы сталкиваемся с безразличием иного рода, безразличием человека, для которого замысел и намерение неизмеримо более важны, чем их осуществление. Витткоп выстраивает перед каждым из своих персонажей кирпичную стену, заставляя читателя перенести свое внимание с предмета на указующего, с объекта на субъект. Избегая вставать на путь осуждения, автор направляет наши размышления на познание человеческой природы, неистовой и экстатической в ее понимании.

Исходя из всего вышесказанного, несложно определить, какое из существовавших в XX веке литературных движений наиболее заметно сказалось на творчестве французской писательницы. Тексты вызывающего содержания, герои, позволяющие себе недозволенное, тема жертвоприношения, в полной мере раскрываемая Витткоп в повести «Страстный пуританин», — все это справедливо наводит нас на мысль о сюрреализме. Читатель, задавшийся целью обнаружить в повестях Витткоп максимальное количество сюрреалистских черт, будет сполна вознагражден. Однако по одному из пунктов данной программы автор все-таки терпит поражение, и это понятно. С трудом можно представить себе книгу, которая на сегодняшний день могла бы стать литературным скандалом в сюрреалистском понимании этого слова.

К тому же автор ни на минуту не позволяет нам забыть о том, что все написанное является всего лишь плодом чьей-то фантазии. И как бы ни хотелось нам иногда погрузиться в книгу, увлечься описываемыми в ней событиями, сделать это не удается. В «Торговке детьми» мы имеем дело с письмами, которые по определению являются чьим-либо сочинением. Что же до «Страстного пуританина», то в этой повести первое лицо самым неожиданным образом превращается в третье, и едва обретенный повествователь оказывается вдруг персонажем, находящимся во власти другого рассказчика. При этом нам всякий раз предлагается по большому счету одна и та же история человеческой страсти.

Взыскательному читателю может показаться, что приемы, используемые Габриэль Витткоп, были в полной мере реализованы в литературе XX века, эксплуатируемые ей темы — раскрыты и тексты ее не несут в себе никакого нового сообщения. Отчасти так оно и есть. Однако выполненные с необычайным мастерством, обе повести, безусловно, заслуживают внимания той части читательской аудитории, которая получает удовольствие не столько от новизны, сколько от узнавания.

Дата публикации:
Категория: Рецензии
Теги: KOLONNA PublicationsГабриэль Витткоп