Роберт Шекли. Лавка старинных диковин

  • Роберт Шекли. Лавка старинных диковин. — СПб.: Азбука, М.: Азбука-Аттикус, 2014. — 416 с.

    Во всем мире Роберт Шекли признан лучшим мастером юмористической фантастики и великолепным новеллистом-парадоксалистом. Его произведения отличаются юмором, добротой, философией и поразительной способностью запоминаться навсегда. «Лавка старинных диковин» — второй том двухтомника малой прозы, большинство рассказов которого впервые издаются на русском языке.

    ИГРЫ С ЗЕРКАЛАМИ

    Зеркала загадочны и опасны. И удивительны. Они способны отражать показанное им — но способны и скрывать. Многие люди, особенно в молодости, подозревали: в зеркалах живет другой мир, другая цивилизация. Иногда умение и случай позволяют туда проникнуть, как Алиса проникла в Зазеркалье. В этом рассказе я хотел показать, сколь мрачным и страшным Зазеркалье может обернуться.

    Эдвард оказался единственным туристом на круизном звездолете. Ни год, ни сезон отнюдь не были лучшими для визита на Альсенор. Самый шик теперь — Окраинные миры. К услугам любителей приключений — Хотар и Лени, примитивные планеты с буйной флорой и фауной и крайне скудной цивилизацией. Гурманов ждет Гастор-4, где умелые повара превращают дары местных лесов, морей и полей в изысканные кушанья. Любовники предпочитают двойные луны Аскенаи.

    На Альсенор летят лишь те, кто обезумел от горя утраты.

    Пройдя таможенный и пограничный контроль, Эдвард увидел в зале прибытия огромные зеркала, показывающие виды главных туристических районов Альсенора. Центральное место занимали красоты Роппо, острова в южном Склемерианском море, зеленого и роскошного, знаменитого белыми песчаными пляжами, множеством ресторанов и живописными гротами. Там, облачившись в акваланг, можно повстречаться с оскульти, издавна обитающей на планете подводной разумной расой. С ними даже можно выпить чаю в специальном помещении под водой — оскульти знамениты гостеприимством.

    Однако Эдвард прилетел не за достопримечательностями. Чудесные виды его не влекли — поскольку он не мог полюбоваться ими вместе с Еленой. Елена умерла. Остался лишь ее образ, запечатленный старым ручным зеркалом. Елена смотрелась в него в последний день своей жизни на Земле, перед внезапной смертью.

    На Земле смерть необратима. Но Эдварду сказали, что на Альсеноре это не так, в особенности если момент кончины запечатлело зеркало. В свое тело вернуться нельзя, но можно уйти в зеркало, чтобы жить там вечно.

    Обитатели Альсенора, преуспев в изучении зеркал, творили с ними чудеса. Этому способствовали небольшие аномалии местного пространства-времени и слегка отличающиеся от привычных свойства материи.

    Об этом писали многие — и ученые, и популяризаторы. Эдвард же не питал к науке зеркал даже любительского интереса, желая всего-навсего вернуть Елену или воссоединиться с нею — безразлично, каким способом. Магия либо наука — не важно. Лишь бы получить желаемый результат.

    И потому он не мог не встретиться с Лобо сразу после того, как вошел в зал прибытия. Лобо праздно шатался там — высокий, с волосами цвета песка и манерами уличного шарлатана. Искал приезжих, чтобы предложить номер в отеле, порекомендовать ресторан и услуги особого свойства.

    Приметив бирки на багаже, Лобо приблизился и заговорил с наглой вальяжностью, свойственной его породе:

    — Вы хотите женщину, угадал? Сэр, вы прибыли на ту самую планету, и боги удачи направили вас к тому самому человеку! Ибо я имею честь водить знакомства с множеством чрезвычайно симпатичных дам, обладающих безукоризненными достоинствами! Уважаемый сэр, для вас я уже наметил особу, имеющую вторичные половые признаки универсально одобряемого типа, хранящую себя для землянина определенной категории — какую я и наблюдаю в вашем лице! Сэр, по моему скромному суждению, вы тот самый единственный, ожидаемый ею. Все совершенно бесплатно! Хотя вы можете, конечно, угостить даму прекрасным ужином по весьма разумной цене или даже устроить так называемый банкет в спальне. Его чудесно организует мой кузен, Томас из «Сковородки»...

    Сперва Эдвард хотел дождаться перерыва в мутном потоке бесстыдного пустословия. Но потерял терпение и, пренебрегая вежливостью, перебил:

    — Нет и еще раз нет! Я не хочу вашу женщину!

    Песочного цвета брови удивленно изогнулись.

    — Предпочитаете мальчиков? — спросил Лобо. — Или представителей расы, совершенно не похожей на людей? На Альсеноре водятся существа, знаменитые телесной пышностью, хотя к ней, честно говоря, нужно привыкнуть...

    — Да меня это вообще не интересует! — выкрикнул Эдвард. — Я хочу лишь мою Елену!

    Пытаясь сообразить на ходу, Лобо спросил нерешительно:

    — А вы ее привезли с собой, вашу Елену?

    Эдвард кивнул. Открыл рюкзак, вынул длинный узкий пенал из кожи, расстегнул молнию и показал лежащее внутри серебряное зеркальце:

    — Она здесь. Посмотрелась перед смертью.

    Внезапно понявший Лобо воскликнул:

    — Так она живет в зеркале?!

    — Не на Земле. Но, возможно, на Альсеноре...

    — На Альсеноре возможно все — если это касается зеркал.

    — Так мне и сказали, — буркнул Эдвард.

    — Вам по-настоящему повезло, что вы меня встретили — я могу помочь, — заверил Лобо.

    — Вы способны вернуть ее к жизни?

    — Нет. Но я знаю того, кто может.

    Эдвард снял на неделю номер в элегантном, но недорогом отеле, рекомендованном Лобо. Оставшись один в комнате, он распаковал вещи, поставил зеркало на тумбочку и сел писать Елене письмо.

    Написал, что и представить себе не мог, насколько одиноко будет без нее — пусто, серо, бессмысленно. Конечно, он не всегда был добрым с нею, особенно в конце. Оскорблял, злился, даже распустил руки. Но теперь это прошло целиком, совершенно. Тогда случился приступ безумия, яростного, но недолгого, рожденного не отсутствием любви, а, напротив, избытком ее.

    Доказательство — то, на что он пошел ради возвращения Елены.

    Закончил он письмо выражением надежды. Предположением, что вскоре повстречается с любимой.

    Эдвард подержал письмо напротив зеркала. Выждал, пока не уверился: зеркало впитало. Затем осторожно упаковал и зеркало, и письмо и лег спать.

    Его сон потревожил Лобо, объявивший радостно:

    — Я нашел самого лучшего специалиста! Нужно срочно с нею поговорить, пока она снова не уехала из города!

    — Куда же она так спешит?

    — Зеркала в разных частях планеты имеют разные свойства. Элия поклялась изучить их все, проникнуть в глубочайшие тайны, поверить их белым светом науки либо сумраком мистицизма.

    На следующий день Лобо привел Эдварда к Элии, высокой суровой ведьме, искушенной в познании отражений. Она жила одна в меблированных комнатах бедного квартала — россыпь трущоб окружала космопорт.

    Элия выслушала просьбу гостя, изучила зеркало и объявила, что за работу взяться готова. Однако Елену из мира отражений не извлечь. Сейчас это не по плечу никому на Альсеноре.

    Но при должной подготовке Эдвард может войти в зеркало сам и там воссоединиться с живой Еленой.

    Конечно, за это надо заплатить, причем вперед. И цена немалая. Но еще больше придется заплатить не деньгами. За возможность войти в зеркало нужно отдать телесное существование. Оно прекратится в момент перехода.

    Эдвард подтвердил свое согласие. Ведьма сказала, что должна поработать с зеркалом, удалить образы, накопленные им с момента смерти Елены — и тем облегчить уход Эдварда.

    На следующий день явился любопытный Лобо.

    — Как идет дело? — спросил он.

    — В общем, неплохо, — ответила Элия. — Несколько образов оказались упрямыми, не хотели счищаться. Однако я справилась. Но ситуация вокруг этого зеркала меня озадачивает.

    — Чем же?

    — Он говорил, что отчаянно любит эту женщину, Елену. Говорил?

    — Конечно! Потому и отправился в такую даль, на Альсенор. Захотел быть вместе с ней.

    — Вот-вот! Здесь и коренится непонятное.

    — Не могла бы ты объяснить подробнее?

    — Если он ее любил так сильно, то почему убил?

    — Ты о чем? Не понимаю...

    — Его образ рядом с ее образом — последнее, что запечатлело зеркало на Земле. И оно показывает, как Эдвард задушил свою Елену.

    — Ты уверена?

    — Посмотри сам. Я перенесла изображение в копирующее зеркало.

    — Спасибо, не стоит. Я тебе верю.

    — Да, и что это за мужчина, бывший с нею?

    — Какой мужчина?

    — В зеркале есть еще один мужчина, — пояснила Элия. — По изображениям, снятым мною, понятно, что он любил ее.

    — Черт возьми! И что с ним произошло?

    — Его тоже убили. Выстрелом из пистолета.

    — Кто убил?

    — Думаю, наш клиент Эдвард. Правда, зеркало не показывает, он ли стрелял. Но смерть мужчины оно отобразило.

    — Ну и ну! Впрочем, это нас не касается.

    — Согласна. Эдвард наш клиент, а мы не полиция и не блюстители общественной морали. Возможно, есть логичное и разумное объяснение случившемуся. Но я все равно хотела бы задать ему пару вопросов.

    — Не понимаю для чего.

    — Для того чтобы выяснить, почему убийца все-таки стремится в зеркало, где находятся его жертвы. А еще для того, чтобы гарантированно получить оплату, прежде чем он туда попадет.

    — Ты же сама сказала, что мы не блюстители морали. Судить поступки людей — не наше дело.

    — Но эта моральная проблема касается личности нашего клиента и наших отношений с ним! А вообще говоря, не надо было приводить его ко мне.

    — Разве ты не просила найти клиентов, не советовала искать их среди приезжих?

    — Я думала, ты хоть немного разбираешься в людях.

    — Какая разница, что ты думала? Хотела дохода — вот он, доход.

    — И проблема.

    — Проблемы клиента входят в предъявляемый ему счет. Как иначе?

    — А моя совесть? Она войдет в счет?

    — Если совесть не дает покоя, вели клиенту убираться.

    — Но я не могу. Согласно законам нашей профессии, приняв заказ, я обязана выполнить его до конца. Мне придется переговорить с клиентом.

    — А, так вы увидели, — задумчиво произнес Эдвард после того, как Элия рассказала о найденных в зеркале образах. — Это просто недоразумение. Я не желал ей зла. Я же ее люблю! Просто я очень вспыльчивый. Но теперь умею сдерживаться. Когда ее увижу, все объясню. Она поймет. Елена всегда любила меня, всегда понимала.

    — То есть вы все еще хотите войти в зеркало и встретиться с нею?

    — Хочу, и даже сильнее, чем раньше!

    — И вам все равно, что с ней другой мужчина?

    — О чем вы?

    — Я видела его в зеркале. И он был убит.

    — Гм... Ах, ну да. Должно быть, Роджерс.

    — И это для вас тоже не препятствие?

    — С Роджерсом я ошибся, — признался Эдвард.

    Элия кивнула.

    — Во-первых, с какой стати он вообще оказался там? Я имею в виду — в ее квартире? Надоедал ей. Запутывал, мучил. Если бы он тихо и мирно убрался, как я ему и советовал, неприятностей не случилось бы.

    — Он не ушел.

    — Да. Твердил, что любит ее. А моей наивной девочке взбрело в голову, что и она его полюбила.

    — Эдвард рассмеялся. — Как будто она могла любить по-настоящему кого-нибудь, кроме меня! Мы же были созданы друг для друга, я и Елена! И эти слова мы говорили друг другу в чудесные дни, когда наша любовь только расцвела!

    — Понятно, — заключила Элия.

    — Я же сказал в тот день, что Эдвард — человек серьезный, влюбляется раз и навсегда. Обещал, что любить ее буду и в этом мире, и в другом. Тогда я не знал еще про зеркала, но, конечно же, мое обещание имеет силу и для зеркального мира. Елена поклялась, что любит меня, как и я ее. Но со временем... Я был вспыльчив, а тут явился Роджерс, вскружил ей голову, обманул, она поддалась...

    — Понимаю, — сказала Элия. — Но как вы думаете, ее чувства к вам остались прежними? Ведь вы же ее убили.

    — Уверен, они не изменились! Если бы она убила меня, я бы простил ее и не разлюбил нисколько. Я ожидаю от нее того же.

    — Ваша любовь очень благородна. Но как расчет Роджерса? Ведь он тоже в зеркале. Это вас не тревожит?

    — Ничуть! Я убил его один раз, убью и второй, если понадобится. Ничто не сможет помешать моей любви!

    — Думаю, теперь я поняла все, — подытожила Элия.

    Эдвард поднялся. Он был очень рослый и сильный. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего.

    — Так вы собираетесь сунуть меня в зеркало или нет? — спросил он грозно.

    — Конечно, никаких сомнений! Договоримся об оплате и начнем.

    Эдвард достал бумажник и принялся выкладывать на стол крупные купюры в валюте Альсенора.

    Выждав немного, Элия подняла руку:

    — Хватит!

    — Я могу дать больше.

    — Нет. Этого достаточно. Я помещу вас в зеркало сегодня вечером, после того как приготовлю все необходимое.

    — Вы же не разочаруете меня?

    — Будьте уверены, не разочарую.

Дата публикации:
Категория: Отрывки
Теги: АзбукаАзбука-АттикусЛавка старинных диковинРоберт Шеклифантастика