# Искусство

Искусство читать

Искусство объединяет. Искушенного эстета — и любителя комиксов. Ребенка — и арт-дилера. Собаку — и зайца. Красоту — и уродство. Журнал «Прочтение» объединил восемь необычных книг, каждая из которых подкупает не только оригинальностью идеи, но и изящностью исполнения.

Эрик Хобсбаум. Разломанное время

Известный британский историк Эрик Хобсбаум в своей новой книге «Разломанное время» анализирует разные течения в искусстве и точно определяет связь между ними и ключевыми моментами истории XX века.

Выбор в пользу вечности

Среди изданий по искусству журнал «Прочтение» выбрал три новинки, темы которых синонимичны слову «вечность». Книги посвящены архитектуре, будущему и смерти.

«Я этим городом храним...» Ленинград в произведениях художников 1920-1940-х годов

30 мая в 17.00 в особняке Румянцева (Английская наб.,44) открывается выставка «Я этим городом храним...», объединившая более 100 живописных произведений из собрания Государственного музея истории Санкт-Петербурга, ЦВЗ «Манеж», Музея А. А. Ахматовой, собрания галереи искусств «К-Gallery» и частных коллекций.

Встреча с художником Хенком Хофстрой (Нидерланды)

Встреча с Хенком Хофстрой пройдет в рамках проекта «Прыжок в город». Совместно с молодыми петербургскими художниками Хофстра готовит временный масштабный паблик-арт проект для Петропавловской крепости и общественных пространств г. Кронштадта.

Сентиментальное путешествие по Италии XXI

Эрмитажному хранителю гравюры маньеризма по должности положено щелкать по носу пошляков и вместе со снобами сетовать, что «Лувр стал похож на огромный развлекательный комплекс, и что там теперь пахнет чипсами, как в „Макдональдсе“, и что никуда не пробиться и ничего не увидеть среди толп, рыскающих в поисках Джоконды, которая все равно не видна, сидит за бронированными стеклами, как президент в лимузине, а все диваны усыпаны, как говно мухами, американцами в шортах с „Кодом да Винчи“ в руках и отсутствием какого-либо намека на мысль в глазах». Цитировать одно удовольствие. Рецензия Полины Ермаковой на книгу Аркадия Ипполитова «Особенно Ломбардия»

Книги Текст: Полина Ермакова
Юрий Альберт. Что я видел (фрагмент)

Приснилось, что я учусь в Дюссельдорфской академии художеств и мой профессор — Брюс Науман. Аудитория выглядит как в советском художественном институте — заляпанные доски, холсты, мольберты, на полу краска. Я пришел позже всех, и это значит, что я — новичок. С трудом нахожу место среди чужих мольбертов и досок и ставлю себе натюрморт: вешаю на грязный стул свою серую рубашку, ставлю три зеленоватые бутылки, зеленую коробочку и начинаю писать. Отрывок из книги

Искусство между государством и энтропией

Если в «Голубом сале» Сорокин еще пытается снять трамву тоталитарной власти, заставляя и ее (власть) подчиниться силам энтропии, то в «Четырех» показана зона, из которой власть государства вообще удалена. Человек лишен всего человеческого и помещен в зону, где нет ни религии, ни закона, ни потенциальности для произвольного (художественного?) жеста. Глава из книги Кети Чухров «Быть и исполнять: проект театра в философской критике искусства»

Вечная весна. Сандро Боттичелли

Среди других исключительных даров природы она обладала такой милой и привлекательной манерой общения, что все, кто сводил с ней близкое знакомство, или же те, к кому она проявляла хоть малейшее внимание, чувствовали себя объектом ее привязанности. Не было ни единой женщины, завидовавшей ей, и все настолько хвалили ее, что это казалось вещью необыкновенной: так много мужчин любили ее без возбуждения и ревности, и так много дам восхваляли ее без злобы Глава из Елены Обойминой «Тайны женских портретов»

Исаак Ильич Левитан

Портрет Левитана работы Серова охватывает его полностью, прекрасно выражая его духовное содержание. Смуглое лицо с глубокими впадинами задумчивых, с тихой печалью глаз. Этим взором оглядывает он мир и, отбрасывая детали, берет общее, самое главное. И грусть его изящна. Каждый мазок на его этюде говорит о красоте души художника-поэта. И эта красивая тоска опьяняет вас, как аромат цветов. Вы отдаетесь ей и не можете от нее оторваться. Ею было захвачено почти целое поколение пейзажистов, выражавших в своих произведениях левитановское настроение. Глава из книги Якова Минченкова «Воспоминания о передвижниках»