В дебрях людской психологии

 

  • Светлана Тюльбашева. Лес. — М.: Дом историй, 2024. — 384 с.

Дебютный роман Светланы Тюльбашевой «Лес» — разыгранный в карельских дебрях триллер, который сполна воплощает в себе особенности выбранного направления. Густая событийность, не дающая передохнуть, с интригой, саспенсом, мистическими обманками и ладным сюжетным механизмом — жанровая база для любителей пощекотать нервы литературой. 

Роман состоит из двух, казалось бы, чужеродных сюжетов. В первой части книги московские туристки жарким летом теряются среди карельского леса, сутками безуспешно ищут выход, пока незнакомая территория лишает их физического и душевного равновесия. Вблизи воют волки; в темноте чудятся чьи-то движения; встречаются молчаливые путники, бесследно растворяющиеся в воздухе, — дикие условия уравнивают до полной неразличимости искажения психики и вмешательства потустороннего. Женщины и сами растерянно перебирают причины происходящего, вплоть до самых фантастических вариантов — может они погибли, а всë вокруг — посмертное пространство? Читателям тоже подкидывают дополнительного напряжения, сообщая с помощью коротких вставных эпизодов о нападениях в окрестностях.

Силуэт неторопливо пошел навстречу старухе, не произнося ни слова. На дереве каркнула ворона. Сергеевне стало не по себе. 
— Помогите, — сказала она тише.
Силуэт продолжал молча идти к ней, ускоряясь с каждым шагом и приближаясь к ней все быстрее.
Она попятилась, ничего не понимая, но чувствуя неладное, запнулась о корень дерева и упала прямо на сломанную руку, скорчившись и взвыв от ужаса и боли. Сергеевна завывала от боли и пыталась подняться, оперевшись на здоровую руку, но так и не поднялась. Не следовало ей спотыкаться. Впрочем, даже если бы не споткнулась, разве сумеет больная старуха далеко убежать.

Вторая часть переключается на таинственное, непонятно откуда взявшееся семейство, которое селится в карельской деревне и вызывает у старожилов сплошные вопросы. Это, конечно, не семейка Аддамс, но со своими интересными экземплярами: среди прочих здесь есть якобы ясновидящая тетушка и даже прирученный волк, яростно охраняющий хозяев — особенно десятилетнего Гришу. Вскоре новоселов подозревают в исчезновении местной жительницы, а те уверяют, что пропавшая заблудилась в лесу. Центром этой драмы становится Гриша — напуганный ребенок, в какой-то момент не понимающий уже кому верить — напористым чужакам или родственникам во главе с властной бабушкой. И поэтому мальчик хочет разобраться, кто здесь прав и кто лжет.

С новой порцией персонажей жутковатая дымка еще сильнее обволакивает страницы романа. Читателей знакомят с историей про заброшенную деревню, когда-то сожженную колдуньей. В семействе приезжих кто-то углядывает леших, похищающих детей. И даже Гриша, намагниченный услышанными версиями, начинает видеть в родных кровожадных монстров — впрочем, в большей степени этому способствует бред температурной болезни.

Следующие пять дней Гриша запомнил урывками. В его комнате попеременно появлялись тетя, бабушка, отец, мать, дядя и чудовища. Они трогали его, щипали, тыкали палкой. Тетя заставляла его сесть и, держа рукой за шею, вливала в него зеленую горькую жидкость — яд, Гриша бил рукой по стакану с ядом, стакан опрокидывался, и зеленый яд разливался по всей кровати. Гриша плакал. Чудовище принимало форму то тети, то бабушки, то его матери. Один раз чудовище стало Гришей, он видел себя как в зеркале, но глаза его были очень злые.

Однако вся эта инфернальная вязь — именно что дымка, отвлекающий маневр писательницы, которая как иллюзионистка обрабатывает сознание читателей сказочными пассами, чтобы замаскировать рациональный механизм композиционного фокуса. И сюжетная раздвоенность, заявленная изначально, — тоже трюк с хитрым прищуром. История на самом деле одна и необычайно цельная, просто рассказанная с противоположных сторон. И каждой реплике в романе суждено сцепиться друг с другом. Всё зарифмует третья часть — рационально, и оттого, возможно, еще страшнее. 

Всеобъясняющая приземленная развязка — важный штрих, позволяющий говорить о «Лесе» именно как о триллере и подчеркивающий, почему книга в сущности не относится к хоррору (хотя в некоторых книжных обзорах встречается и такое определение). Потусторонний антураж в ключевой момент начинает резко идти на убыль — повествование больше не движется по тропинке «Ведьмы из Блэр», сворачивая в сторону вполне реалистичной драмы из региональных сводок «Криминальной России». Кульминация блужданий в дебрях леса и людской психологии — не столкновение с иррациональным нечто (как, например, в лесных хоррорах «Вендиго» Элджернона Блэквуда или «Ритуал» Адама Нэвилла), а столкновение со злобой себе подобных. Именно вокруг человеческих отношений Тюльбашева закручивает особо напряженные линии саспенса, пульсирующие страхом и бьющие электричеством. Чудовищам здесь места нет — только людям.

В остросюжетную рамку окраинной чертовщины писательница помещает несколько ведущих тем. Как безразличие окружающих умножает зло. Как деструктивная любовь родителей превращает детей в дезориентированных маугли — оказывается, не обязательно жить в волчьей стае, чтобы выть зверем. Как в экстремальных условиях человек способен измениться так, что не узнает самого себя. Этим идеям созвучны мельчайшие детали. Неслучайны телевизионные передачи о семейных дрязгах, мелькающие перед глазами персонажей, или отрывочные разговоры о детстве, в которых обнаруживается беспокойная недосказанность.

С каждой главой дебютный роман Тюльбашевой только набирает силу. Первая часть книги еще может вызвать сомнения по поводу некоторых странных реакций персонажей — например, женщины встречают исчезающих людей, но даже не обсуждают увиденное, ограничиваясь фразами «это не человек» и «опять мерещится», будто такие явления в порядке вещей. Все это напоминает затяжной галлюцинаторный сон, охватывающий историю выживания без особых подробностей. Но дальнейшее повествование — чрезвычайно плотное, осязаемое. Карелия, правда, присутствует в тексте лишь на уровне топонимов и общих описаний. Инженерно продуманный сюжет проходит мимо богатств местного фольклора, оставляя этот материал для других писательниц и писателей. Так что в будущем ждем появления полноценного карельского хоррора. А карельский триллер у нас уже есть — Светлана Тюльбашева постаралась.

Дата публикации:
Категория: Рецензии
Теги: ЛесВиктор АнисимовДом историйСветлана Тюльбашева
Подборки:
0
1
6498
Закрытый клуб «Прочтения»
Комментарии доступны только авторизованным пользователям,
войдите или зарегистрируйтесь