Игорь Ефимов. Стыдная тайна неравенства

Текст: Валерпий

  • М.: Захаров, 2006
  • Переплет, 192 с.
  • ISBN 5-8159-0624-7
  • 1000 экз.

поСТЫДНАЯ ТАЙНА НЕРАВЕНСТВА

Прочтение книги Игоря Ефимова оставляет много недоуменных вопросов. Какие страсти, какой расчетливый ум подвигли автора проделать подобный труд? Именно труд, ибо это не та книга, что выпелась из души. Почему скрупулезный прозаик с амбициями (см. «Эпистолярный роман. Переписка с Сергеем Довлатовым», где его однажды неосторожно сравнили с Достоевским) отложил на время «большую» литературу в пользу беллетристики?

На оборотной стороне титульного листа помещена аннотация издательства. «В своем новом философском труде…» и т. д. Труд, и ко всему, философский. Посмотрим, из чего складывается эта «философия». Читаем: «ЛЮДИ ОТ ПРИРОДЫ НЕ РАВНЫ». Эта истина, по мнению Ефимова, на протяжении многих веков постыдно скрывается, чем вызваны все наши беды и недоразумения. Так кажется Ефимову, он на этом настаивает. От него, выходит, что-то пытаются утаить.

На самом же деле все ровным счетом наоборот. Неравенство преследует человека на каждом шагу, им непрестанно тычут в нос. «Не вышел рожей и кожей…» «Не по Сеньке шапка». «Только для белых». «Только для членов профсоюза». «Только для членов клуба…». Гораздо чаще: «Посторонним вход воспрещен». Да, «христианство обещает равенство перед Богом, американская конституция провозглашает равенство в правах, французская революция сделала равенство своим лозунгом, нацизм объявил равенство между членами высшей расы, коммунизм призывает к равенству всех людей». Потому-то и обещают, провозглашают, и призывают, что равенства нет, а его пытаются внедрить для поддержания хотя бы минимального миропорядка.

Далее Ефимов переходит к категориям добра и любви, резко их разграничивая.

«Природа Добра — всеохватна, бескорыстна, направлена на всех людей. Природа любви — индивидуальна, эгоистична, направлена на одного, в ущерб всем остальным». Следуют ссылки на Льва Толстого и Владимира Соловьева. А не проще ли, отложив цитирование, обратиться к сути самих слов? В русском языке добро и любовь — слова отчасти диффузионные, слова с перетекающим смыслом. Относиться к кому-либо с добротой — значит любить, а добро, кроме прочего, — скарб, пожитки, которые пытаются удержать обеими руками. Вот и пойми, что эгоистичнее — любовь или добро. Не прост русский язык, тем паче когда на нем философствуешь, живя вдали от живого словоупотребления.

Обозначив ряд ложных или не совсем точных постулатов, Ефимов множит примеры, пересказывает трактаты мыслителей всех времен и народов в стилистике «Краткого курса марксизма-ленинизма», а в конце книги, перейдя к политике, цитирует уже из журнала «Огонек». Популяризаторскую литературу советской эпохи давно снесли в макулатуру, очевидно, вновь появилась потребность в таких изданиях для системы профтехобразования. Читая «Стыдную тайну неравенства», латаешь дыры в памяти, подчеркиваешь строчки и «дуреешь, наконец, как любознательный кузнец над просветительной брошюрой» (Ходасевич).

Ефимов, как и подобает уважающему себя философу, вводит в обиход новые категории. Неравных людей он делит на высоковольтных и низковольтных. А чем хуже, позвольте спросить, господин философ, попробовать на большеамперных и малоамперных, или проще — на большевиков и меньшевиков?

Идея неравенства людей увлекла его настолько, что он буксует, возвращается к ней снова и снова. Попробуем автору помочь. Люди, действительно, неравны. Не равны социально, физически, генетически, добавим, если сравнивать метафизически, все равно будут не равны. А что, разве в природе изначально где-то наблюдалось равенство? Не путаем ли мы понятия неравенство и различие? Возьмем, к примеру, того, кто скачет совсем рядом — воробья из семейства воробьиных (упоминаемом в книге в китайском варианте). Заглянем в энциклопедический словарь. Оказывается, этих воробьиных более 5000 видов. Но вот незадача. У них поют только самцы, хотя по устройству голосового аппарата они ничем не отличаются от самок. Вроде одно и тоже, а вот кто-то поет, кто-то нет. Так и поэты — одни поют, другие — сочиняют вирши, так и прозаики — одни творят, а другие строчат неудобочитаемые книги.

И все же оставим воробьев и попытаемся уяснить, где собака зарыта. А вот где. Часть III-1 называется «Новый Нострадамус». Однажды Ефимов ткнул пальцем в перспективу и предугадал, как ему показалось, нечто в российской истории. Теперь он пробует предостеречь от бед все человечество. Новый Нострадамус. Хотя пишет не катренами, а протокольным языком цитатчика. Признаемся, главка, касающаяся Соединенных Штатов Америки и ее страхового медицинского полиса, написана наиболее живо — своя рубашка ближе к телу.

Что нам предписывается? Господа-товарищи, смиритесь, не вышли рожей — тут ничего не поделаешь, смиритесь. Смиритесь, низковольтные и высоковольтные. Среди вас, высоковольтных, как выясняется, тоже существует неравенство, напряжение не у всех, увы, одинаковое, потенциалы разные. Запомните: «преодолеть вечное взаимонепонимание между высоковольтными и низковольтными можно только на религиозном уровне». Сходите в церковь, поставьте свечку, закажите службу, прочитайте Игоря Ефимова.

Дата публикации:
Категория: Рецензии
Теги: Игорь ЕфимовИздательство «Захаров»Сергей Довлатов