Фэнни Флэгг. О чем весь город говорит

  • Фэнни Флэгг. О чем весь город говорит / Пер. с англ. А. Сафронова. — М.: Фантом Преpсс, 2017. — 448 с.

Фэнни Флэгг — псевдоним американской писательницы Патриции Нил. Ее дебютный роман «Дейзи Фэй и чудеса» занимал верхнюю строчку в списке бестселлеров «New York Times» в течение десяти недель, а следующая книга «Жареные зеленые помидоры в кафе "Полустанок”» была превращена в шедевр мирового кинематографа и номинирована на премию Оскар. В своем новом произведении «О чем весь город говорит» Фэнни Флэгг придумала Элмвуд-Спрингс, что в штате Миссури, — маленький городок, похожий на сотни крошечных американских городков. Но у него есть две особенности. Во-первых, это целая вселенная персонажей, раскиданных по разным романам писательницы, ставшим уже литературной классикой. А во-вторых, при городке есть кладбище, на котором происходит нечто странное и удивительное...

 

День поминовения


1949

Около шести утра сторож Дж. Дж. Бэллантайн обошел кладбище и поставил американский флажок на каждую ветеранскую могилу. Маленький символ, который значил многое, для погибших ребят особенно. Они себя считали зрелыми мужчинами, но как маленькие радовались проявленному вниманию.

Джин проснулся рано и с нетерпением ждал прихода родных. Судя по солнцу, уже натикало примерно половину десятого. В прошлом году родичи привели малышку Дену. Джин надеялся снова ее увидеть.

Вскоре он услышал машины, заезжавшие на кладбище, и по звуку мотора тотчас узнал большой черный «плимут» тридцать шестого года выпуска, которому отец не изменял. Вот мотор смолк, захлопали дверцы, послышались шаги. Как всегда, мама шла первой, остальных отец придержал, давая ей возможность подойти к могиле, положить ладонь на белый крест в изголовье и сказать: «Ну здравствуй, мой хороший».

Казалось, Джин чувствует ее руку. Как в детстве, когда прохладная мамина рука отгоняла страхи, унимала жар и одним своим прикосновением убеждала, что все хорошо.

— Я скучаю по тебе, сынок.

— И я ужасно соскучился, мама.

Подошел отец, немного постаревший. У него наметилось брюшко, но кто за это осудит пекаря?

А вот и тетя Элнер. Но где же Дена? Лето она все- гда проводит у бабушки с дедушкой. Джин забеспокоился, но тут увидел, как дочка выскакивает из машины и тянет за собой его кузину Норму. Та разговаривала с каким-то незнакомым рыжим парнем спортивного вида. Дочка выпустила руку Нормы и побежала к бабушке с дедушкой. Ох, как она выросла! С прошлого года на несколько дюймов! И правда вылитый он в этом возрасте — точно такие же светлые волосы и голубые глаза. Тетя Элнер приобняла внучатую племяшку:

— Вот здесь твой папа, роднуля. Можешь с ним поговорить.

Девочка озадаченно перевела взгляд на могилу:

— А куда смотреть?

— Это неважно. Он тебя слышит.

Дочка потопталась, Джину ужасно хотелось ей помочь. — Ну, милая, скажи что-нибудь, — мысленно произнес он. — Я услышу, душенька.

— Давай расскажи, какая ты стала большая, — подсказала тетя Элнер. Девочка повернулась к могиле и вытянула руку с четырьмя выставленными пальчиками:

— Мне вот столько.

У Джина защипало в глазах.

— У меня есть котенок. Почему ты не приходишь домой?

Тетя Элнер погладила ее по головке:

— Он бы пришел, маленькая, если б мог. Но папа тебя любит и с неба смотрит на тебя.

— Верно, — согласился Джин. — Скажи, я хотел вернуться домой.

— Ты, наверное, хочешь сказать папе, что любишь его?

— Да, тетя.

— Ну давай, скажи.

Дена пригнулась к могиле и громко крикнула:

— Папочка, я тебя люблю!

Джин рассмеялся, чтоб не заплакать.

От машины окликнула Герта — просила помочь донести цветы и сумки.

Катрина, счастливая встречей с родными, сияла:

— Наша малышка просто красавица, сынок!

— И не говори! Высокая будет.

— Уж это да.

Джин обрадовался, что корзина с цветами, которую родичи поставили на могилу, была даже больше прошлогодней. Во всяком случае, не меньше. Он боялся одного: что его забудут.

Только сейчас Джин заметил, какой миловидной ста- ла Норма. Теперь он узнал и парня, что приехал с ней, — Мэкки Уоррен, сын хозяина «Товаров для дома». Ишь как вымахал. Джин помнил его тощим пацаненком, которого он учил плавать. У него еще плавки все время сползали. Видимо, теперь он «парень» Нормы — вон как она не спускает с него влюбленных коровьих глаз.

Под теплым солнышком Джин задремал, разбудила его хлопнувшая крышка багажника отцовой машины. Тед достал покрывало и, выглядывая место для пикника, остановил выбор на всегдашнем пятачке справа от могилы сына.

Для Джина это самое хорошее место — можно уловить запах всякой снеди, какую достают из корзинок. Вот картофельный салат, вкусный и острый, затем соленые огурчики, оливки, горячие початки вареной кукурузы... И вот оно самое-самое! Едва убрали белую салфетку, ветерок донес аромат маминой жареной курицы с золотистой корочкой. Что там еще? Ага, свеженькие слойки тети Элнер. Кто-то их уже намазывает маслом. А теперь открывают теткины домашние заготовки.

Джин радовался, что родные стали разговорчивее. А то первые два-три года они больше молчали. Слушать их — одно удовольствие. Джин узнал, что Тотт Вутен выгнала мужа из дома, а тетя Ида отправилась в Сент-Луис на очередной съезд садоводов. Он улыбнулся, когда Элнер назвала сестру страшной задавакой. Значит, все по-прежнему.

По окончании трапезы тетя Элнер вылила остатки холодного чая в изножье могилы. Джин засмеялся, словно ногам и впрямь стало мокро. Или это лишь мнилось? Неважно, все равно хорошо. Потом отец встряхнул и свернул покрывало, опять хлопнула крышка багажника. Это был знак, что родные уходят. Жалко расставаться, но солнце уже садилось, а в эту пору комарье просто звереет, надо спасать от него Дену. Наверное, крохе день показался ужасно длинным.

Затем близкие уселись в машину, но не уехали. Так бывало всякий раз: отец вернулся к могиле один, снял шляпу и, встав навытяжку, отдал честь. Когда мотор заурчал и машина тронулась, Джин крикнул:

— До свиданья! Не забывайте меня!

На закате пришел отряд из ветеранской организации, бойскаут Бобби Смит на трубе сыграл зарю, ребята приспустили флаг. Но вот все ушли, на кладбище вновь наступила тишина. Загорелись светляки, в небе Сороковые. Жизнь набирает ход проявилась ущербная луна, и тогда раздался голос мистера Хендерсена, весь день молчавшего:

— Эй, морячок, а твой старик маленько растолстел.

— Да уж, отрастил пузцо, — усмехнулся Джин. Доживи я до его лет, подумал он, и я бы так выглядел, что было бы совсем неплохо.

— Надо же, — сказала миссис Линдквист, — как я померла, Элнер и Герта ничуть не изменились, такие же пухленькие и симпатичные.

— У Ноттов все дочки плотненькие, — откликнулась миссис Чилдресс. — Кроме Иды, которая морит себя голодом.

Помолчали, а потом голос подал Лордор:

— Приятно всех видеть в добром здравии, верно?

— Да, дедушка.

— По-моему, день удался на славу, — сказала Люсиль.

 

Ухажер

Мэкки Уоррен и Норма встречались с девятого класса. На других девчонок Мэкки даже не смотрел. Но когда в День поминовения он провожал Норму домой, его мучил один вопрос: жениться на ней сейчас или погодить? Норма хотела, чтоб они поженились. Он тоже. Однако нынешнее посещение кладбища вместе с семейством Нордстрёмов заставило его призадуматься. Четыре года назад именно он доставил им телеграмму о гибели их сына, но все равно не мог до конца поверить, что Джин Нордстрём мертв.

Джин всегда был героем для него и остальных городских мальчишек. Все хотели поскорее вырасти и быть такими, как он: играть в бейсбол, баскетбол и футбол, работать спасателем в бассейне.

Причем Джин был идолом не только мальчишек. Все городские девчонки ошивались возле бассейна, глазели на Джина и глупо хихикали, когда он с ними здоровался. Казалось, он не замечает, что все от него без ума. Последний раз Мэкки его видел на автостанции, когда парней провожали на войну. Джин был такой живой, жизнь в нем била ключом. И все, что осталось, — фотография в витрине булочной.

Смерть эта сильно сказалась на Мэкки и его сверстниках. Прежде они себя чувствовали в полной безопасности. Но гибель Джина все изменила. В кино всегда убивали злодеев, а хорошие парни жили вечно. Смерть Джина заставила взглянуть реальности в лицо. Если уж такое случилось с Джином Нордстрёмом, значит, вообще никто от этого не застрахован.

Жизнь оказалась совершенно непредсказуемой, а смерть ужасно бесповоротной. Никакой второй попытки. Вот так вот. Сразу бери от жизни все, что можешь.

Чего лишишься, если женишься сейчас? Есть опасность превратиться в своего папашу, у кого единственный маршрут дом — работа и обратно и одно неизменное место для ежегодного недельного отпуска. Нелегко принимать взрослые решения, которые навсегда изменят твою жизнь. Как несправедливо, что она всего одна! Для исполнения всех желаний — стать профессиональным футболистом, на Аляске ловить рыбу нахлыстом, вслед за солнцем отправиться в Австралию — надо три-четыре жизни. Есть мечта — в одном году устроить себе два лета. Ради этого после уроков он горбатился в отцовском магазине и копил деньги на поездку. Однако, если жениться сейчас, все накопления уйдут на первый взнос за дом. Он любит Норму, но приключения и путешествия ей не по душе. Она боится уезжать далеко от дома.

Но вот еще вопрос: чего лишишься, если сейчас не женишься? Вдруг Норма достанется кому-нибудь другому? В ближайшее время Мэкки будет по десять раз на дню менять свое решение.

Тем вечером Джин в последний раз переговорил с дедом. Наутро Лордор исчез. Новость всех ошеломила. Ведь Лордор первым переселился на «Тихие луга». Весть облетела кладбище, породив всегдашние вопросы: куда он ушел? Он еще вернется? Те же старые вопросы, которые задают близкие умерших, — вопросы, на которые никто не знает ответа.

Дата публикации:
Категория: Отрывки
Теги: Фантом ПрессФэнни ФлэггО чем весь город говорит