# Пулитцеровская премия

Майкл Шейбон. Лунный свет

Новый роман лауреата Пулитцеровской премии Майкла Шейбона рассказывает о правде и лжи, о великой любви, о семейных легендах и о большом экзистенциальном приключении.

Энн Тайлер. Уроки дыхания

За роман «Уроки дыхания» Энн Тайлер получила Пулитцеровскую премию. Трогательная, ироничная, смешная и горькая хроника одного дня из жизни главных героев – это глубокое погружение в самую суть семейных отношений, комедия, скрещенная с высокой драмой.

Энн Тайлер. Катушка синих ниток

Ветреным вечером Эбби положила эту коробку в мусорный бак, и к утру бумажки разлетелись по всей улице. Соседи находили их в кустах и на ковриках у порогов – «луна, как желток яйца всмятку», «сердце, воздушный шар, наполненный водой». Не оставалось сомнений в том, откуда они взялись.

О чем молчит океан

«Собиратель ракушек» – издание для тех, кто ценит емкую, полную глубокого анализа и живых метафор прозу, кто не устал говорить на вечную тему отношений природы и человека.

Книги Текст: Анастасия Поспелова
Под кайфом и в смятении

Наркотики, алкоголь, желание бросить все и отправиться в бесконечное путешествие — автор с легкостью обманывает читательское ожидание. Хотели книжку про живопись и высокое искусство — получите малолетних торчков, наркотический бред и намеки на однополую подростковую любовь.

Книги Текст: Надежда Сергеева
Донна Тартт. Тайная история

Он выглядел располневшим... Крупный парень, такие в средней школе обычно играют в американский футбол. Именно о таком сыне втайне мечтает каждый отец: большой добродушный сынуля, способный, но в меру, отличный спортсмен, любитель похлопать собеседника по плечу и рассказать бородатый анекдот.

Ричард Форд. Спортивный журналист

Двенадцать лет назад, мне тогда было двадцать шесть и по жизни я шел, можно сказать, вслепую, издатель глянцевого нью-йоркского спортивного журнала, вы все его знаете, предложил мне постоянную работу. К моему и всех прочих удивлению, я махнул рукой на роман и предложение принял.

Донна Тартт. Щегол

Пытаясь как-то скрыть свое замешательство, я нагнул голову и вгрызся в тост — и чуть не подавился: горло драло так, что и куска нельзя было проглотить. Я так поспешно потянулся за чаем, что расплескал его на скатерть и неуклюже кинулся вытирать.