НЕ-ТАТЛЕР

Текст: Александр Шабуров

ПОВОД

Первопричину, напомнившую мне журнал «Матадор», я хотел было закамуфлировать. Немного помучился, а потом махнул рукой. Чего уж там, подставлюсь! Дело было так. Я сидел в Москве на дне рождения Тани Арзиани, работавшей когда-то в этом-самом «Матадоре». Под боком у ее миловидной подруги. Которая восклицает:

— О! А мне как раз надо расспросить вас о выставке в Токио, организованной Шанель, для пилотного номера журнала «Татлер»!..

Спустя месяц вижу «Татлер» и раскрываю оценить, насколько я углубился в логово врага? Еле нашел три выхолощенные строчки, а вместо своего красивого фото вижу разворот — Заха Хадид в обнимку с Карлом Лагерфельдом. Похожим, извините, на поседевшего гамадрила.

Тут-то я и подумал: кому нужны такие журналы? Размножающие физиономии не из нашей жизни и надуманные новости из параллельного мира. Доколе нам оставаться довеском к рекламируемой зубной пасте? То ли дело был журнал «Матадор»! В нем периодически печатали никому не известных Вась Пупкиных. Случайные выборки из дворников и сталеваров. Точнее все же — из актрис и модельеров — героев наивного преддефолтного времени. Только поделился этим с Арзиани, как звонит мой земляк Слава Курицын:

— Напиши про «Матадор» для мемориальной рубрики о первых глянцах!

Вот тут я и сдулся: ибо сказать мне особо нечего... Да и «Матадор» — несмотря на теперешние ностальгические иллюзии — совершенным не был. Придраться есть к чему! Там уже втюхивали поп-импорт вроде Мэпплторпа или Мэттью Барни. Плюс бестолковое название, унаследованное от телепрограммы К. Эрнста. И очень искусственная самореклама: «Это — матадор! А это — не матадор!» Ну и т. п. Но на фоне нынешней «франшизы» остальное кажется непомерно живым. Хотя работавший там мой земляк Курицын тоже не особо мою физиономию печатал. Редакторы объясняли ему: твои свердловские друзья — это междусобойчик! В столице надо пропагандировать Пригова, Псоя и Рубинштейна. На худой конец: Линду с «Мумий-троллем».

БЫЛИ ЛЮДИ В НАШЕ ВРЕМЯ!

Конкретные «Тани» и «Славы» тут неспроста. Работоспособность редакции, как известно, зависит от наличия в коллективе свободных валентных связей. Но вертится все — вот главная тайна! — вокруг редких правильно самовоспитанных самородков. Желательно — амбициозных провинциалов, которые выделяют особое вещество, слизываемое трудящимися пчелами. В «Матадоре» мой приятель Курицын вроде и был одной из таких пчел. Кроме него были издатель Рэм, ответсек Арзиани, бильдредактор Каминка и прекрасная дизайнерша Аня (каковой не досталось ни «ОМу», ни «Птючу»), внедрявшая стилизацию нерезкости, сбитую цветокоррекцию и зерно размером с кулак... Но их я знал мало. Кроме того, что Рэм носил очки, а Арзиани похожа на Бэмби, сказать ничего не могу. Поэтому преувеличу вклад земляка, который прошел школу причудливой (первой негосударственной) свердловской газеты «Клип», за ней — московской «Сегодня» и даже в быту развивал местечковую культуру — соседские походы на ипподром или утром на хаш в полузакрытую (в дальнем углу рынка, для своих) столовку.

Опять же время было куда менее приземленное! Переселившись в Москву в конце 1999-го, я еще застал первобытный бульоно-бардак. В ожидании нового тысячелетия все общались со всеми. Бесконечно-беспорядочные пьянки-гулянки продолжались аж до марта 2000-го. Затем богема обнаружила, что наступившее тысячелетие никаких ощутимых перемен не принесло, и разбежалась по норкам. После этого любое сколько-нибудь значимое событие сепарировало моих знакомых на все более мелкие группки, не подававшие друг другу ручки. Первым поводом послужил фильм «Брат-2», из-за которого поссорились тот же Курицын и Миша Фишман.

Закрылся «Матадор» незадолго до миллениума. Примерно тогда же «хозяйствующий субъект» Гусинский потихоньку придушил газету «Сегодня», потом чуть громче-перетрясли НТВ самого Гусинского и «Итоги» Пархоменко. А издатель «Матадора» Рэм взялся издавать более однородный журнал — столько-то страниц рекламы и скупое расписание мировых распродаж дизайнерских вещей. Название сейчас не вспомнить. В «Матадоре» было так: половина рекламы, половина жизни. А здесь осталась одна реклама. Жизнь в данном случае: это когда люди чистят зубы не той пастой, читают не те книги и смотрят не те фильмы, которые им усиленно рекламируют.

Во времена «Матадора» пропаганда виджеев и диджеев (этих музыкальных «лимитчиков», по выражению И. Фальковского) не вызывала сомнений в своей свежести. Не существовало ни журнала «Вечерняя Москва», ни «Афиши» с «Тайм-аутом». Ныне всучивание молодежных фишек, приколов и гаджетов стало индустрией. Слушайте типа не Газманова, а Земфиру! Читайте не Донцову, а Пелевина!.. Да и мы — уже взрослые, нам фэшн с фитнесом не заменят возвращения к корням и дедовским могилам.

ДЕНАЦИОНАЛИЗАЦИЯ ГЛЯНЦА

Где же ты, молодость, где? Свобода слова, ау! Куда подевался былой задор, объяснить легко. «Сетевые» журналы  — тот же общепит. Обычно замечательные забегаловки возникают в глубинах рынка, где свои готовят для своих. Ну как та столовка с хашем. Кулинария зиждется не на рецептах, а на родо-племенных отношениях! Потом о том узнают посторонние... Место становится популярным... Превращается в модный ресторан... Затем владельцы задумываются о дизайнировании интерьера. А уж дизайн убивает любую кухню. Самое мерзкое — кулинарный дизайн (это когда по тарелке соусом рисуют каракули или декоративно рассыпают пудру). А также американская пицца, российские суши и немецкие кебабы.

Эти и прочие чудеса глобализации объяснимы элементарно: хорошо там, где нас нет. В Свердловске охота пойти в ирландский паб, а любой магазин китайских пуховиков испокон веку назывался «Марселем» (теперь — «Куршевелем»!) В Москве перво-наперво меня удивило, что на обложке столичного журнала «Афиша» за год не напечатали ни одного отечественного фейса. Секрет оказался прост: кинокритика стремительно эволюционировала до обслуживания кинопроката. Каждую неделю обязан выйти новый «культовый» фильм, и рожа заглавного артиста должна оказаться на обложке. Свои медиапузыри тогда еще надувать не научились.

Да и сейчас случаются межкультурные казусы: можно вообразить на обложке «Афиши» портрет Обамы. Но невозможно — Путина или Медведева. Это считается западло! Это напоминает восторженные колонки писателя Довлатова из газеты «Новый американец»: в СССР мы не ходили голосовать, а тут побежим вприпрыжку!.. Или законспирированный протест на обложке «Большого города» времен августовского (2008) южноосетинского конфликта: «Остановите агрессора!» Типа защищаем «права животных». Не удивлюсь, если владельцы данного издательского дома проживают в США... А уж против этого не попрешь!

Те, кто заявляет, что «свобода слова» закончилась при Путине, страшно далеки от реальности. «Свободу слова» можно было обнаружить лишь в эйфорический период, царивший при позднем Горбачеве. Когда никто толком не знал, чего можно, а чего нельзя... Ровно до путча 1993 года, когда у большинства советских изданий враз появились новые частные собственники. Теперь все предельно просто: СМИ выражают интересы их владельцев. Каждый может откровенничать ровно на ту сумму, которую он приватизировал в «лихие 1990-е». Актуальные идеи — писал еще К. Маркс — всегда идеи господствующих классов. А художники, как и журналисты, — иваны, не помнящие родства — всего лишь в обслуге у местной компрадорской буржуазии. Раньше прогрессивно было сигнализировать вовне: мы — свои, буржуинские! Теперь это моветон. Теперь присваивать ценности своих работодателей надо поделикатнее, положено «общество потребления» критиковать.

НОВАЯ ИСКРЕННОСТЬ

Перестроечная взвесь осела по смысловым кучкам. СМИ структурировались сообразно предпочтениям их хозяев. Теперь есть «официоз», к которому не было доверия еще в СССР (государственные телеканалы, «Известия» с «Итогами» и «Взгляд. Ру»). Есть «глянец» — увесистые каталоги часов и помады. Есть интеллигентская мифология, которая в 1990-е заняла было место истины в последней инстанции («Рен-ТВ», «Коммерсантъ-Власть», «Ньюсуик», «Эхо Москвы», «Новая газета» и «Полит. Ру»). Есть городская молодежная субкультура («Афиша» и «Тайм-аут» с «Большим городом»). А есть моя какая-никакая аморфная и не шибко структурируемая жизнь, которой жупелы московской интеллигенции так же далеки, как фетиши модной тусовки.

Редактор «Большого города» сетует в колонке по делу Бахминой: население не только «официозу» не верит, но и СМИ, защищающим «узников совести». Считают журналюг продажной сволочью. Дескать, сидит в тюрьмах энное количество беременных матерей и больных разнообразными заболеваниями, но обозревательница светской хроники Божена Рыльска на демонстрации в их защиту не ходит. И редактор «Ньюсуик» Миша Фишман в первые абзацы это не выносит. Журнал «Эсквайр» решил интервьюировать отбывающего наказание Ходорковского силами творческой интеллигенции, покуда «оковы тяжкие не падут» (Б. Акунин). Обыватель гадает: то ли журнал купили с потрохами... То ли живущие в Израиле Брудно и Дубов после — рано или поздно — освобождения шефа хотят развести руками: все средства, которые успели сюда перевести, потрачены на инфоповоды в твою медиаподдержку!..

Нет, нет и нет! Не может быть, чтобы мир был основан на сплошной корысти и чтоб все журналисты оказались безвольными марионетками!.. И с этим я стопроцентно согласен. Все люди — честные! Руководствуются идеалами добра и справедливости! Это без шуток!.. А если за что-то получают деньги — то начинают в это искренне верить (проверено на себе).

Однако, невзирая на эту «новую искренность», книги Панюшкина про «Юкос» или Ющенко в руки брать не хочется. Как и гадать, что это: «джинса», «демшиза» или помесь первого со вторым. Хоть автор когда-то где-то заработал себе «Золотое перо». Так же как книжку Альберта Гора, за которую тот получил Пулитцеровскую премию. Откуда-то она оказалась у меня под рукой! Открываю наугад: «Внутренняя структура свободы представляет своего рода „двойную спираль“...» Еще: «Произрастание справедливой власти из согласия управляемых зависит от честности процесса рационального осмысления, посредством которого и формируется согласие...» Или вот еще новейший раритет — «Мой манифест Земле» Михаила Горбачева с мишкой-коала. Все страны, пишут авторы, должны подписать эту книгу вслед за Декларацией прав человека. Путину предстоит сочинять книжки на пару с тигренком, а Медведеву — выбора нет — с медвежонком... Зато на бестселлер Хакамады про секс взглянуть-таки стоит — но лишь потому, что написан он моей приятельницей Лилей Г.

ВСЕ НА ХАШ!

В общем, не нужны нам журналы про лагерфельдов и книги, написанные панюшкиными для горов (или наоборот)! Однако где отыскать утраченную свежесть бытия?.. Если идти от противного — то на сайтах, фиксирующих, кто и когда запустил очередную «новость»... В частных региональных теленовостях, культивирующих ритуальные прибаутки и собственный новояз... Еще в чатах да блогах (правда, контингент там специфический — инвалиды общения)... В маргинальных газетенках вроде «Новой» и «Завтра». В первой — авторы чуть более образованные, потому все больше талдычат заученный интеллигентский фольклор. Но во второй попадаются более искренние политические переживания... В юмористических изданиях, рассчитанных на непосредственную сиюминутную реакцию. К примеру, в глянцевом журнале «Максим», где редактором приятель моих приятелей Чернозатонский. Здесь стратегия: оживляж по методу переводчика Гоблина. Картинки — стандартизированные, но что ни подпись — то фига в кармане.

Прочие наследники «Матадора» на разные лады констатируют оригинальное раннеперестроечное наблюдение: в Нью-Йорке все пропитано культурой, а у нас лишь трэш и отстой (перевожу: культуры, которые валяются под ногами, замечать не хочется). Потому стилизуют жизнь подконтрольных социальных групп под известные аналоги. Чисти зубы пастой «Колгейт», слушай «Ай-фон», смотри Вонг-Карвая. Для патриотов: «Черный жемчуг», Денис Симачев и Гоша Куценко. Для интеллигентов: «Газпром», Церетели и Петросяна не любить, любить «Юкос», Солженицына и Сорокина.

Куда от этого счастья деваться? Выбор небогат. Любить любимых, Таню Арзиани, кафе «Чемпион» (потому что когда-то было с олимпийским Мишкой на входе) и поэта Б. У. Кашкина. Это мой знакомый (увы, покойный), который, говорят, вообще никогда зубы не чистил — и ничего!.. Тут Наташа Миловзорова из Галереи Гельмана, прочитавшая этот кусок, смеется: «Вам надо поскорее пойти вылечить собственный обломившийся зуб, а то чересчур много внимания уделяете данной теме!»

Не ахти какая мысль, но абстракции — ничто, единичное — все! Сохраняйте самобытность. Поддерживайте в жизнеспособном состоянии традиции, наличествующие за вашей спиной. Ходите в баню, на хаш и по грибы. Транслируйте не ценности ваших работодателей, но свои собственные — местечково и социально близкие. Папы-мамы, дяди-тети, братьев и сестер, друзей и подруг. Ничуть не менее ценные, чем то, за что нам платят зарплату. Всех денег не заработаешь, «франшиза» — бяка, а моя единственная-неповторимая жизнь — нет. Только и всего! Скоро все помрем. В Сибири появилась бабочка-кровосос. Вероятность столкновения астероидов с Землей очень велика. Психиатры советуют в дни финансового кризиса думать о вечном (этот рецепт я вычитал сейчас в интернете).

Дата публикации:
Категория: Общество
Теги: ЖурналистикаМатадор