Невеселый Роджер: гордо реет флаг пиратства

Текст: Иван Колдобанов

Невеселый Роджер: гордо реет флаг пиратства

Потребительской общественности посредством мозгодробильного PR’a упрямо навязывается мысль о ее причастности к пиратству в сфере интеллектуальной собственности. Неожиданно мы узнали, что все эти годы активно содействовали преступникам, бессовестно обирая правообладателей. Теперь, благодаря СМИ и соцрекламе, мы должны чувствовать себя как минимум «подельниками» и изо всех сил стремиться искупить свою вину — искупить в прямом, финансовом смысле.

Судя по наблюдениям за общественными настроениями, инициативы по «обелению» рынка мультимедиа пока себя не оправдывают — они попросту не находят отклика среди потребителей. Ужесточение ответственности за «пиратку» вплоть до административных штрафов в случае приобретения контрафактных товаров, PR-кампании с ритуальным уничтожением подделок и бесконечные апелляции к заповеди «Не укради» никакого явного переворота в сознании покупателей не произвели. Людям не страшно — просто в голове не укладывается, как за какой-то там мультик можно понести наказание? Пусть не суровое, не существенное, но все же наказание. Ведь мультик он и есть мультик, кино и есть кино, — просто для развлечения. «И почему мы вообще должны задумываться о происхождении того или иного диска? За „Шрека“ штраф, суд? А может, еще в тюрьму? Да вы смеетесь. Я его во-о-о-о-он у того мужика купил».

Попробуйте хоть кому-нибудь доказать, что такое отношение к проблеме в принципе неверно. Нет, конечно, юридически можно оспорить все что угодно. Доказать, привлечь, взыскать. Было бы желание, а оно, несомненно, есть: особенно сейчас, на волне всеобщего (по крайней мере, официально утвержденного в качестве всеобщего) стремления очиститься от пиратской скверны. Может быть, вам удастся даже подогнать под государственные директивы неплохую статистику. Де-юре. А вот де-факто… Де-факто мы остаемся в списке стран-лидеров по производству контрафактной мультимедиа продукции. По разным оценкам, на российском рынке пиратскими являются 90% компьютерных программ, 80% фильмов на DVD-дисках и 66% музыкальных аудиозаписей.

«Стабильно высокие показатели» имеют под собой доступные пониманию основания — производители и распространители всей вышеозначенной роскоши, с точки зрения подавляющего большинства потребителей, являются этаким синдикатом Робин Гудов, благородная цель которых — сделать продукты интеллектуальной собственности доступнее для покупателей. Лишь немногие усматривают в пиратстве состав преступления — таких «борцов за копирайт» примерно столько же, сколько тех, кто расценивает контрафактщиков как простых бизнесменов, преследующих свои прагматические цели. Такова российская реальность, причем не только нынешняя, но и историческая.

Ну кто из нас задумывался о легальности механизма распространения голливудского ширпотреба на VHS в начале 90-х? Если помните, существовали даже клубы по обмену видеокассетами, фильмотеки в которых по определению были пиратскими. Насквозь. Предприниматель, организовывавший просмотры умерщвления Уиллисом или Шварценеггером врагов Америки, упрощенные видеокурсы немецкого («Дас ист фантастиш, я-я!») и сеансы вечного недетского мочилова Тома и Джерри, требовал за все это великолепие раз в пять (!) больше, чем какой-нибудь честный кинотеатр, худо-бедно обеспечивавший доступ всем желающим к контенту советского проката. Но даже тогда пиратские культпросвет-точки не знали отбоя от посетителей. А сегодня цена на пиратскую продукцию в те же самые пять раз ниже, чем на лицензионную. Комментарии нужны?

Специфика современной экономической ситуации напрямую обусловлена особой культурой потребления аудио-видеотоваров, сформировавшейся в нашей стране. А происходит эта самая культура, как уже говорилось, из пещерных сумерек видеосалонов, которые зачастую располагались прямо в помещениях вполне легальных кинотеатров, только вход в них обычно был со двора. Приобщение к новому киноязыку в его голливудской откровенности протекало как сеанс тайного общества, о котором лучше много не болтать. Обсуждать же увиденное и услышанное рекомендовалось лишь с посвященными, то есть такими же приобщившимися к нелегальному кинокульту, как ты сам. Доступ к священному древу познания требовал значительных финансовых затрат, но они казались оправданными. Сейчас лицензированные продавцы рубят это древо на щепки, раскладывают по коробкам и продают по невероятно завышенной цене. Потом еще показывают стружку, а иногда и явный жмых по общедоступному ТВ. С плохим, подчеркиваю, подчас просто чудовищным переводом. И все — волшебство ушло! Струна порвалась. Платить вам за то, чего вы нас лишили? Никогда.

И потом, все эти деппы, спилберги, боно — от кого из них убудет, если я куплю диск не за 470 рублей в салоне на Невском, а в подвале без вывески в собственном доме рублей за сто? «Я ведь люблю искусство в себе, а не себя в искусстве, а значит, те люди как настоящие художники меня бы поняли».

Слава богу, умный англосакс Тим Бернерс-Ли придумал Интернет. И, слава богу, доступ в него давно перестал быть экзотикой. Можно себе позволить. Правда, в связи с этой вседозволенностью священнодейственности в акте ознакомления с новинками кино и музыки существенно поубавилось: от глобальной Сети веет плотно набитым складом, а то и вообще гипермаркетом. Зашел, взял и пошел — и всем по барабану: склад огромный, товара навалом, и он, в общем-то, ничей. Домашние сети содержат «локальные ресурсы» (читай — все последние новинки на рынке аудио-видео, коллекции музыки по жанрам, фильмов по режиссерам и прочая, и прочая). Террабайты аудио-видео-и-всего-чего-угодно свободно путешествуют с одного компьютера на другой — «Мы победили!»? Скорее к ситуации подходит сопротивленческий лозунг “¡No pasarán!” Да и на нем разумнее не настаивать. Лидеры аудиовизуальной индустрии откровенно не одобряют сетевой либерализм, и их представители в частных разговорах, как правило, отмечают, что ограничения в работе сайтов и файлообменных сетей могли бы стать серьезным подспорьем в деле приобщения плебса к «цивилизованному рынку». Тучи сгущаются. Пока суть да дело, стойла для «культурного потребления» подвергаются активным чисткам — например, в Петербурге в крупных торговых сетях контрафакт выбивали, как пыль по весне из ковра: весело, сердито и безрезультатно. Ковер — его ведь сколько ни выбивай, за месяц опять запылится.

Можно, конечно, верить официальным отчетам о снижении доли нелицензионной продукции на мультимедийном рынке северной столицы в два-три раза. А можно просто свернуть с Невского в какую-нибудь подворотню навестить знакомый магазинчик или поподробнее изучить скрытые возможности Интернета.

Потребитель как конечное (и главное) звено «пищевой» цепи аудио-видео индустрии не должен забывать о том, что последнее слово, в конечном счете, за ним. Так будем же готовы при случае сделать свой выбор: способов голосования у нас, как известно, всего два: рублем и ногами. Главное, чтобы то и другое было в наличии.

Дата публикации:
Категория: Общество