Засыпая и…

Текст: Валерпий

Засыпая и…

Поначалу чтение настораживает, очевидны параллели с миссионерскими религиозными передачами на ТВ, которые моментально хочется выключить. Умильный, нравоучительный тон.

Джулия Кэмерон. Американка. Блондинка. Красавица (судя по фотографии). Мать-одиночка. Так случилось. Успешная голливудская писательница — сценарист, работала на студии «Парамаунт». Сильно пила. Но однажды, осознав, что творчество — это признак здоровья, бросила пить и обратилась к Богу. Возможно, сказалось шестнадцатилетнее католическое образование.

В американской литературе было изрядное количество писателей-бухальщиков. Пили, не просыхая, лауреаты нобелевской премии Хемингуэй и стейнбек и самый гениальный алкоголик (и писатель) Чарльз Буковски (нобеля не получил, шведские комитетчики, очевидно, были в другом градусе). Буковски, окончательно усомнившись в человеческой сущности, все же пришел к Богу через отрицание отрицания. Ведь создатель тоже в том же усомнился. Каким должно быть творчество и насколько боговдохновенным — вопрос открытый. но почему-то порой талантливый пьяница просекает истины, зачастую недоступные примерному трезвеннику.

«Путь художника» и «Золотая жила» — автобиографические книги с параллельными текстами (в левой колонке приведены цитаты из классиков) и одновременно книгинаставления для тех, кто хочет разрешить свои творческие проблемы.

Методология сводится к простым вещам. Прежде всего — Утренние страницы. Три страницы текста, абы что, не задумываясь, как рука поведет. Поэтому обязательно от руки, а не на компьютере. Утром контроль сознания ослаблен и внутреннее «я» выходит наружу. Текст не для публикации, а для самоанализа.

Поскольку книги появились в русском переводе, хочется поговорить о том, как тезисы Кэмерон ложатся на российскую почву, и вообще о сходстве и несхожести менталитетов.

Вспоминается Александр Галич и его «Засыпая и просыпаясь». У Кэмерон только утренние страницы, но раскрепощение происходит и в вечерние часы, засыпая. Эти моменты коротки и непредсказуемы (особенно с бодуна). В размеренном, цивилизованном обществе они опускаются. Завтра с утра на службу, в бизнес. Утром еще можно выкроить пару часов, встать пораньше (некоторые американские президенты бодрствовали с четырех утра), а вечером — нет, весь жизненный ритм будет нарушен.

А Российская планета для жизни вообще плохо оборудована.

Кэмерон вспоминает раннее детство, когда, отправляясь в ближайший лес, привозила домой полную тележку фиалок. сверстники из моего послевоенного детства, отправляясь в лес, могли привезти тачку, полную патронов, гильз от снарядов, винтовок и солдатских касок. Послевоенное детство как-то затянулось, став карабахским, таджикским, чеченским, гастарбайтерским.

Кэмерон неоднократно повторяет, что ее книга не для чтения, а — реальное пособие для занятий. И все же в России, уверен, это будет, в основном, книга для чтения. У нас выработалось стойкое отрицание всевозможных методик. Мы достаточно упражнялись в избах-читальнях в теории построения светлого будущего, изрядно потерлись во всевозможных кружках и сообществах, недоставало еще кружков под лейблом «Путь художника». Вдобавок, совсем недавно еще один бестселлерный американец, доктор Спок, учивший воспитывать детей, слегка прокололся. Теория редко подтверждается практикой. Да, в принципе, сложившемуся или просто определившему свой путь художнику выполнять задания Джулии Кэмерон — все равно, что Шопену упражняться в собачьем вальсе. Но всем остальным, у кого возникла творческая аритмия, кто запутался в жизненных неурядицах, но в ком творческие позывы не угасли, можно попробовать. Внимательно читайте (намеренно не перечислены все параграфы пособия), упражняйтесь. Авось поможет.

Дата публикации:
Категория: Искусство
Теги: Джулия КэмеронИздательство «Гаятри»Чарльз Буковски