К черту просящих почитать книжку!

Текст: Вера Виноградова

Так говорил Мустье, известный художник времен Людовика XIII, запечатлевший на своих книгах это изречение.

Книжное воровство — один из самых таинственных вопросов в истории библиотечного дела. Прежде всего потому, что в основе его далеко не всегда лежит банальная корысть. Порой здесь «похищение невесты», библиофильская страсть. Сейчас, конечно, таких случаев меньше. Любовь к книгам теперь — по расчету: ценится информация, дороговизна.

А вот раньше…

ПОЧИСТИМ ГРЯЗЬ!

XIX век. Священник Иоханн Георг Тинниус на службе всегда удостаивался похвал за высоконравственный образ жизни. И в то же время совершал кражи и убийства, чтобы получить средства на покупку книг. Бил жертв по голове топориком с короткой рукоятью, помещавшимся в кармане. В результате 22 года провел в тюрьме.

Другой случай. Тоже XIX век. Библиофил Дон Винсенте приобретал редкие книги на аукционах. Конкуренты его «скидывались» и не давали купить желанную книгу. Однажды владельцем раритета стал некий Патсот. Через две недели в его лавке вспыхнул пожар, от хозяина остались угли. Поджигателем был Винсенте. Ему, кстати, не хватало денег на фолианты, поэтому нескольких ученых он заколол кинжалом. Продавал книги, а потом убивал покупателей и забирал проданное.

На суде потом выяснилось, что книга, из-за которой погиб Патсот, не уникальна. От расстройства Дон Винсенте пошел на казнь, отказавшись от исповеди.

Граф Гильельмо Либри был попечителем всех французских государственных библиотек. Он хорошо проворовался. Когда началось расследование, уехал в Англию, везя с собой 18 огромных ящиков с книгами. В Лондоне граф устроил аукцион, а тем временем армия поклонников во Франции клялась, что он невиновен.

В одной из библиотек, почищенной Либри, служил Огюст Арман. Хозяйственный такой директор. Воровал аккуратно — не оставлял карточек на украденные книги в главном каталоге. В библиотеке была еще и картотека, и находилась она в бывшем амбаре. Заподозрив директора в краже, комиссия стала проверять ее. Однако карточки… оказались съедены мышами. Арман злорадствовал. Но, увы, в последнем ящике жила сова, которую мыши боялись. По уцелевшим карточкам директора уличили в кражах.

* * *

Чтобы далеко не ходить, вспомним Алоиза Пихлера. Доктор Пихлер работал в Публичной библиотеке с 1869 по 1871 год. За это время украл 4478 книг и 427 гравюр. Вместе с книгами похищал и карточки, как наш знакомый Огюст Арман. Пихлер выносил книги под хламидой, которую не снимал якобы по советам Фалернской школы медиков.

Библиографу В. И. Собольщикову не понравилась странная походка коллеги. Он пошел на хитрость. Договорился с швейцаром, чтобы тот бросился к Пихлеру «чистить грязь» на пальто. Под оным швейцар нашел «Сочинения св. Амвросия» 1686 года издания. При обыске в квартире обнаружили еще немало книг, на всех были стерты знаки принадлежности библиотеке. Потребовалось семь огромных возов, чтобы вернуть украденное. С Пихлера взыскали 1703 рубля за поврежденные переплеты и сослали его в Сибирь на три года. В начале января 1874, по ходатайству принца Леопольда Баварского, Пихлер вернулся на родину в Баварию, где вскоре и умер. Среди книготорговцев Петербурга его имя стало нарицательным.

УКРАДИ ЭТУ КНИГУ

А как же воруют в наше время? В Манхэттене проживает библиоман, снимающий две квартиры: одну для себя, другую — для уворованных книг. Они достигают потолка даже в ванной комнате.

В Калифорнии есть известный прозаик и киносценарист Густав Хесфорд. Недавно он переезжал на новую квартиру. Случайный полицейский заметил, что на многих книгах Хесфорда стоят библиотечные штампы. Оказалось, он «задолжал» более 800 книг 77 библиотекам.

Сценариста приговорили к шести месяцам тюрьмы и штрафу в 1000 долларов.

Популярна у воров книга Джона Одюбона «Птицы Америки». Полутораметровый том с цветными гравюрами весит 60 килограммов. Однажды в Америке вор так поранился, пытаясь протолкнуть том в окно, что запачкал кровью себя и книгу. У нас «Птиц» воровали хитрее. В 1995 году из РНБ исчезли четыре тома. От книг остались обложки — содержание вор подменил. Есть книга хиппи Эбби Хоффмана «Укради эту книгу». Она украдена из всех американских библиотек, включая Библиотеку Конгресса. Британскую энциклопедию собирают по отдельным томам, воруя из разных библиотек и магазинов.

В конце 1970-х журнал «Библиотекарь» писал о росте воровства из-за книжного «бума». В библиотеке на Васильевском острове в Петербурге «читатель» пытался выкрасть единственный экземпляр книги М. А. Булгакова. Рядом с библиотекой его ждал покупатель. За книгу вор получил сорок рублей.

«СОБИРАТЕЛИ РЕДКОСТЁВ»

Книги по расчету — не для книголюбов. Считается, что приобретение книг по соображениям полезности их содержания не признается библиофильством. С другой стороны, когда библиофил не интересуется содержанием книги, а занят только другими ее аспектами, это уже проявление библиомании.

В России библиофильство чаще всего вырождалось в библиоманство. Культурных собирателей было мало, большинство получили занятную кличку «собирателей редкостёв». М. Н. Куфаев писал: «Чувственность книголюба — явление хотя и патологического характера (как некоторое половое извращение), однако весьма распространенное». По А. Франсу, «влюбленные в старую измаранную бумагу — такие же безумцы, как и все прочие влюбленные». Например, библиоман П. В. Щапов сошел с ума, когда А. С. Суворин не вернул ему «Путешествие» Радищева. Книгу испортили наборщики Суворина.

«Библиофил владеет книгами, книги владеют библиоманами». Так как же защититься от воров?

В древние времена библиотеки оборонялись тем, что наиболее ценные книги приковывали цепями к стене или к читательской стойке. Назывались они catenati libri (прикованные книги — лат.). Другое защитное средство — проклятия. В Британском музее хранится кодекс XIII века с пожеланием: «Тот, кто это украдет, пусть умрет страшнейшей смертью; вариться ему в адовом котле; болеть ему падучей, сгорать в лихорадке; да будет он четвертован и повешен». На одной из рукописей Ватикана есть следующая надпись: «Пошли ему, о Боже, вечную муку вкупе с Иудой, предателем, а также Анной, Каиафой и Понтием Пилатом».

С течением времени появились экслибрисы с изображением повешенных и угрожающими стишками. Известен такой экслибрис на немецком: «Тех, кто книг не возвращает, Ждет палач, петлей играя».

В кабинете Н. С. Лескова на стене была надпись: «Все, кроме книги». «Книга — что жена, — говорил писатель, — ее нельзя давать на подержание даже лучшему другу».

Петербургский библиофил Н. И. Позняков придумал себе экслибрис «Эта книга украдена у Н. И. Познякова». Когда он умер, наследники пытались сбыть его книги букинистическим фирмам. Те отказались пятнать свою репутацию книгами с такой надписью. Тогда наследники придумали штемпель «После смерти Н. И. Познякова продана».

В наше время действует только «наказание рублем». Например, в штате Массачусетс за воровство библиотечных книг предусмотрены штраф до 25 000 долларов и тюремный срок до пяти лет.

В XVI веке гуманист Скалигер поместил над входом в свою библиотеку девиз: «Ite ad vendentes!» («Ступайте к продавцам!»). Современные библиотеки, к счастью, не имеют таких девизов и не окружены пока заборами.

Дата публикации:
Категория: Ремарки
Теги: библиотекаворовство