Ремарки

«Глубина текста» и ее топологический смысл

Современная литература лишена глубины текста. Отсутствует как органика процесса творчества, подмененная игрой со стереотипами, так и ортогональность «чтения» и «понимания». В текстах В. Пелевина или Б. Акунина «понимать» нечего, все исчерпывается «чтением».

Встреча с С. Минаевым в Петербурге

18 февраля в 16:00 в «Доме книги» на Невском, 28 состоится встреча с Сергеем Минаевым, автором бестселлера «Духless». На встрече Минаев представит свою новую книгу «MEDIA SAPIENS». Действие нового романа разворачивается во время президентских выборов. Главный герой книги, Антон Дроздиков, поклонник Геббельса и политтехнолог, занимается проведением антипрезидентской кампании.

Мысли о русской историографии

Чем же вызван этот неиссякающий интерес к столь давней исторической литературе, которая, по признанию некоторых современных авторов, в целом ряде отношений «устарела» и к тому же отличается гносеологической наивностью, методологическим дилетантизмом, а порой даже предвзятостью и откровенными фальсификациями?

Игра в классики

— Ты читал последний роман Пелевина?

— Какой Пелевин?! У меня еще Диккенс не весь прочитан!

После Саган (Анна Гавальда)

Знаю, знаю, вы скажете: боже мой, как банально, милочка, Саган об этом написала задолго до тебя и горрраздо лучше!Анна Гавальда. Некоторые особенности Сен-Жермен

Время романтиков

У термина «романтизм» есть множество толкований. Некоторые из них заумны, некоторые скучны. Зато сколько устоявшихся выражений связано с этим словом — «романтические отношения», «романтический вечер», «романтические переживания», «романтический склад характера». Все эти выражения прекрасны, а что касается определения, то слова Белинского, вынесенные в эпиграф статьи, по-моему, лучшее из того, что сказано о романтизме.

Игра в современники

Залезая на табуретку, после долгих уговоров подобревших гостей («стишок! стишок!»), ребенок читает не Пригова, и даже не Хармса, а, звонко ударяя в каждый первый слог, «бу-ря-мгло-ю-не-бо-кро-ет». Позже в учебнике родной речи этот ребенок пририсует щетинистые пиратские усы к портрету Гоголя, не Пелевина; юноши и девушки том за томом глотают Мопассана и Рафаэля Сабатини; взрослея, перечитывают Флобера, старея — Толстого…

По делу ли замочил старушку Раскольников?

Тема «классика сегодня» не сегодня, конечно, родилась. И всегда поднимали ее люди с проблемным, мрачноватым выражением лица, которое обещало народу в случае нерадивого отношения к классике если и не полное одичание, то определенно грядущую бездуховность.

Вадим Панов представляет новую книгу в Петербурге

Издательство «Эксмо» представляет новую книгу Вадима Панова из цикла фантастических романов о Тайном Городе «Тень Инквизитора». Встречи с автором состоятся 17 января 2007 года в 19.00 в магазине сети Лас-Книгас по адресу: В.О., Большой пр, 18-а, гипермаркет Лас-Книгас, вход с 6 линии; и 18 января 2007 года в 19.

Когда Задорнов будет сдан в макулатуру

Задорнов уже давно стал символом антиамериканизма и проституирования идей сатирического жанра. Потому его именем я свой рассказ засорять не буду, а всем ценителям качественных примеров сатиры и юмора рекомендую освободить книжные полки от трудов означенного господина (макулатура всегда нужна) и заполнить их замечательными писателями, о которых пойдет речь в данной статье. Именно рядом с ними рядом в вашей библиотеке будет уютнее несомненным отечественным классикам Булгакову, Зощенко или Довлатову.

Амброз Бирс. Словарь Сатаны (Devil's Dictionary)

Создание мистической и кошмарной атмосферы удавалось Бирсу превосходно. Мало кто из современных авторов (по-моему, никто) может с ним соперничать. Несколькими страницами Бирс может напугать сильнее, чем Стивен Кинг несколькими сотнями.

Захар Прилепин. Санькя

Если молодогвардейцы Фадеева шли на смерть с глубокой верой в освобождение родины и светлое будущее, то герои Прилепина умирают тяжело, с глухим отчаянием и яростным надрывом, столь свойственным любой исторической рефлексии.

Литературные кубики

Первые два выпуска «Литературных кубиков» свидетельствуют о том, что с куражом у авторов все в порядке и что за дело взялись они серьезно, то есть с шутками и прибаутками. В итоге № 1 получился просто веселым, а № 2 — уже концептуальным. Интересно, каким будет третий.

Дмитрий Быков. ЖД

«Поэма о двух национальных характерах — варяжском и хазарском — и о том, почему третий, истинно русский, не спешит формироваться. Главная проблема книги — сознательный отказ коренного населения от истории, своеобразная версия исторического бессмертия. Главные темы „ЖД“, как положено, — война и странствие. Война идет между варягами и хазарами за главную спорную территорию — Россию — и происходит в недалеком будущем. Сюжет вертится вокруг четырех странствий: капитан Громов едет в отпуск к любимой, оказавшейся в добровольно-принудительной эвакуации в Махачкале; майор Волохов водит по России свой небольшой отряд, надеясь, как некогда Моисей, „вывести“ новую нацию в обоих смыслах слова; губернатор Бороздин, преследуемый властями за связь с туземкой, сбегает из Сибири, где служит наместником; наконец, девочка-подросток помогает бомжу сбежать из Москвы, где на бомжей (называемых в книге „васьками“) начата повальная облава. Встречи и расставания этих людей, пересечения их путей и взаимные подозрения составляют фабулу. Все четыре странствия пролегают через две главные русские деревни, два российских сельских архетипа: деревню Жадруново, где никогда ничего нет (и все исчезает), и деревню Дегунино, где всегда все есть. Именно в Дегунине расположены две главные национальные святыни — печка и яблонька». (Дмитрий Быков, «Октябрь» 2006, № 8)

Полина Дашкова. Игра во мнения

Татьяна Поляченко, пишущая под псевдонимом Полина Дашкова, выпустила около пятнадцати романов общим тиражом более 15 млн. экземпляров. «Игра во мнения» — это сборник, в котором есть повесть, эссе, два очерка и два рассказа.

Том Вулф как Leo Tolstoy

Никак нельзя сказать, чтобы Том Вулф (родился в 1931 г.), один из главных американских писателей последних лет тридцати, гуру так называемой «новой журналистики», был для нас совершеннейшей terra incognita. По-русски выходили и его образцовый документальный опус об американском андеграунде 1960-х «Электропрохладительный кислотный тест», и превосходный по любым меркам роман «Костры амбиций». Но творчество Вулфа у нас было представлено всяко недостаточно для прозаика такого уровня. Издательство «Амфора» благородно решило восполнить этот пробел, затеяв выпускать «авторскую серию» произведений Вулфа

О поэтических сборниках «ЫХ», «Буковки» и «Антракт»

В нынешнем году в серии «Собрание актуальных текстов» вышли три поэтических сборника, названия которых — [{(ых)}] Тамары Буковской, «Антракт» Валерия Мишина, «Буковки» Дмитрия Северюхина — в полной мере отображают, особенно в графическом воплощении оформившего их художника, и суть происходящего за обложкой, и современное состояние поэзии.

Философия детектива

В апреле 1841 года Эдгар По опубликовал первый в истории детективный рассказ. В том же году, в том же апреле Карл Маркс стал доктором философии Йенского университета. С течением времени интерес к философии марксизма у широких слоев общественности сильно поугас, чего нельзя сказать о детективной литературе.

Классический английский детектив

Это сейчас детективный жанр похож на огромную преуспевающую корпорацию с множеством дочерних компаний, в числе которых и американский, и иронический, и исторический и многие другие детективы, а начинался этот бизнес когда-то, как и многие другие, с маленькой, почти элитарной конторы, которую теперь называют классическим английским детективом.

Демонический пес американской литературы

Жестокие и мрачные книги Джеймса Эллроя заслуженно прославили писателя. Именно жестокость и беспощадность в показе преступности Америки принесли титул «Демонический пес». Талант, умение сплавить все лучшее в криминальном жанре в единое целое и усилить это собственным писательским мастерством — помогли стать ведущим автором криминальной беллетристики. Многослойность и историческая точность книг вывели Эллроя в число основных писателей США современности.

Фантастическое кино. Эпизод первый

Тем, кто любит киночары, лучше эту книгу не читать.

Авторы сборника показывают, что рассчитывая на встречу с не своей, нечеловеческой историей и реальностью, зритель в очередной раз натыкается на самого себя, да еще и такого себя, с которым не очень-то хотелось встречаться. Всякая рефлексия разочаровывает…

Так говорил... Лем (Tako rzecze... Lem)

Будущее вдруг настало, застав врасплох многих фантастов. Оно оказалось насыщено отнюдь не летающими такси, межгалактическими полетами, контактами с множеством иноземных цивилизаций, умными роботами. Будущее, ставшее настоящим, — это интернет, генномодифицированная пища, клонирование. Все — детища человеческого научноориентированного разума, но с такой долей моральной сомнительности, что ставят под сомнение и сам научный разум. Нет горше разочарования, чем у поборника объективного познания, разума и науки, такого как Станислав Лем

Валерий Попов. Горящий рукав

Литература, играющая в прятки с читателем, теперь уже общеизвестна. Талантом проницательных исследователей, например, приоткрыта набоковская игра в ложные ходы и спрятанные смыслы, включиться в которую иной раз под силу лишь образованному и столь же хитроумному читателю. При чтении повествования Валерия Попова кажется, что имеешь дело с еще одной своеобразной ловушкой для читателя, — настолько трудно поверить, будто высказанное здесь писателем впрямую именно так и надо понимать, и за всем этим нет никакой игры, загадки, не сразу угадываемого второго плана.

Владимир Короткевич. Христос приземлился в Гродно (Евангелие от Иуды)

Когда сегодня очередной ремесленник берется за сочинение на библейскую тему, понятно, что он рассчитывает на большие тиражи и признание публики. На что рассчитывал в 1966-м Короткевич — непонятно. Бесконечные цитаты из Библии, обыгрывание евангельских сюжетов, никакого обличения народных суеверий — естественно, писатель понимал, что советской цензуре все это очень не понравится. И все же он писал, чувствуя, что никто его не похвалит, а книгу скорее всего не издадут. Писал, потому как знал нечто такое, что не мог держать в себе, и был уверен, что его правда нужна людям.

Джон Гришэм. Покрашенный дом

За что читатель точно может сказать Гришэму спасибо, так это за яркие картины быта американской фермерской семьи, благодаря которым книга обретает не только художественную, но и историческую ценность. «Покрашенный дом» − это роман о переломной эпохе в истории Америки, о зарождении новой жизни и нового поколения американцев, а отнюдь не о кровавых убийствах, как может подумать читатель, взглянув на обложку книги и прочитав аннотацию.

Война гейш

Японцы обедают в «Макдоналдсах» и осветляют волосы, а западный люд тоннами поглощает суси и бодро машет ногами в спортивных залах под счет «ити, ни, сан, си, го»

Национальный бестселлер

  • А. С. Пушкин
  • Н. Г. Чернышевский, С. Я. Надсон
  • А. А. Блок
  • С. А. Есенин
  • К. Симонов
  • Э. Хемингуэй
  • В. С. Высоцкий
  • Неизвестная классика
  • Современный бестселлер.

Сюжет как повод

Главное в ироническом детективе то, что детективный сюжет в нем не главное. Преступление, его расследование и раскрытие — только повод для шуток, иронических замечаний, ненавязчивой болтовни с читателем о том о сем. На самом деле в ироническом детективе может даже вовсе не быть детективного сюжета в строгом смысле слова, а структура романа может скорее напоминать что-то другое.

Даниил Хармс. Сон о Хармсе

Так случилось — Андрей Бильжо нарисовал новую книгу. Книга эта выпущена в свет издательством «Запасный выход» и называется «Сто». Названа она так в честь недавнего столетия со дня рождения Даниила Хармса. Ведь именно некоторые произведения последнего она и призвана иллюстрировать. Вообще, ситуация складывается несколько пикантная. В том, что произведения Даниила Ивановича иллюстрирует врач (пускай и бывший) из «маленькой психиатрической больницы», можно усмотреть причудливый иероглиф судьбы. Шутка вполне в духе юбиляра.