Ричард Кертис. Шесть свадеб и двое похорон

Здесь собраны три фильма, каждый из которых заканчивается поцелуем, — вот я и подумал, что это хороший повод объяснить, как я вообще угодил в индустрию романтических комедий.

В первую очередь нужно сказать, что я всегда отличался немного нездоровым пристрастием к теме любви — и с самого начала она занимала весьма обширную часть моей жизни. Где-то между четырьмя и семью годами, когда я жил на Филиппинах, я влюбился в девочку по имени Джил. Она носила джодпуры (Индийские бриджи, широкие вверху и сужающиеся книзу. — Здесь и далее примеч. пер.) и шлем для верховой езды — и была такая симпатичная, что я тоже пристрастился к скачкам, просто чтобы иметь возможность видеться с Джил дважды в неделю. К несчастью, она была на восемь лет старше меня, и я вовсе не уверен, что она вообще хоть раз обратила на меня внимание, хотя в 1963 году я даже занял второе место на костюмированных скачках (и лошадь, и наездник в костюмах) манильского поло-клуба.

Как это ни печально, но когда мне стукнуло семь, мы переехали из Манилы в Швецию. И пусть расставание с Джил казалось мне кошмаром, я не мог не почувствовать некоторое облегчение от того, что оставил безответную любовь в прошлом. О, как смешон я был в своем наивном оптимизме. Месяц спустя, впервые отправляясь в свою новую стокгольмскую школу, я сел в автобус и тут же заметил темноволосую девочку в красной юбочке и черной блузке. Ее звали Трейси, а инициалы складывались в сочетание ТНТ (Тринитротолуол, тротил.) — немудрено, что она просто взорвала всю мою жизнь. Две вещи я помню отчетливо: то, что мы крепко сдружились с ее братом Грегом (хотя на деле недолюбливали друг друга), и то, как я украл у мамы кольцо и подарил его Трейси, а та выкинула его из окна прямо в сугроб.

К счастью, вскоре судьба привела меня в закрытый интернат для мальчиков, и объектом моих грез стал целый ряд актрис разной степени фривольности: Джули Эндрюс (совсем не фривольная), Джуди Гисон (чуть-чуть фривольная — ах, «Пруденс и пилюля») и Сильвия Кристель (чертовски фривольная — признаться, я до сих пор ее обожаю). Когда я наконец добрался до настоящей женщины, меня ждала настоящая катастрофа — я так втюрился в девушку по имени Кэролин, что поначалу при виде ее терял дар речи, а под конец, когда она бросила меня ради красавчика Найджела, потерял и рассудок. Я абсолютно уверен, что фильмы, сценарии которых вы прочитаете в этой книге, в каком-то смысле были призваны вернуть весь тот оптимизм и веру в лучшее, которые я потерял, обнаружив велосипед Кэролин у дома Найджела — а было это примерно в три часа ночи.

Итак, когда я наконец задумался о написании киносценария, его стержнем совершенно очевидно стала любовь — в том числе и потому, что раньше я работал над телепроектами «Не-девятичасовые новости» и «Черная Змеюка» (Скетчкомы с участием Роуэна Аткинсона.), и к этой теме меня даже близко не подпускали. Но самое забавное, что я не помню ни малейших предпосылок к созданию именно романтической комедии. Фильмы, которые я любил и которыми вдохновлялся — «Забегаловка», «Энни Холл», «Манхэттен» «Девушка Грегори», «Уходя в отрыв», — были камерными, зачастую автобиографическими картинами, где дружба ставится едва ли не выше любви.

Именно такого рода фильм я хотел создать, когда писал сценарий фильма «Четыре свадьбы и одни похороны». Однако на деле — несмотря на все эти эпизоды с друзьями и похоронами — вышло так, что я раз и навсегда застрял в жанре романтической комедии. И теперь, объединив в книге именно эти три сценария, я, как мне кажется, могу проследить определенную эволюцию в их написании.

Столь незамысловатый фильм, каким получился «Четыре свадьбы», романтической комедией стал непреднамеренно. Наши коммерческие ожидания по поводу этой картины были весьма скромны: я отчетливо помню момент, когда мне на глаза попался листок бумаги с прогнозом по поводу мировых сборов — в следующей после «США» строке красовалось гордое «0 долларов».

Создавая «Нотинг-Хилл», я уже четко представлял себе, что хочу получить, и это определенно была романтическая комедия. Однако тема дружбы снова оказалась для меня очень значимой, а кроме того, я стремился немного шире раскрыть вопрос славы.

В фильме «Реальная любовь» я решил хорошенько поиздеваться над романтическими комедиями, а заодно и раскрыть тему по максимуму. Тогда, в двухтысячном, я огляделся вокруг и понял, что большинство фильмов, которые мне нравятся, — «Дым», «Криминальное чтиво», «Нэшвилл», «Короткие истории» и даже «Ханна и ее сестры» — содержат по нескольку сюжетных линий. Кроме того, я обнаружил, что теперь меня интересует любовь во всех ее формах — между мужем и женой, братом и сестрой, отцом и сыном... Так что, сделав к тому моменту несколько простеньких комедий формата «мальчик встречает девочку», я решил, что уж теперь-то оторвусь по полной и постараюсь написать нечто о любви вообще.

Итак, перед вами три фильма, которые стали для нас с Хью Грантом тропой, ведущей от юности к зрелому возрасту. И, может быть, отсутствие в книге кучи ярких фоток Хью позволит вам взглянуть на эти истории свежим взглядом. Ну и вот, пожадуй, еще несколько мыслей, пришедших мне в голову сейчас, когда я отпускаю книгу в вольное плавание

«Четыре свадьбы и одни похороны»

Многие из тех, кому я впервые показал этот сценарий, посчитали его слишком развлекательным и даже поверхностным. Но благодаря изумительному таланту моих партнеров — в частности, Майка Ньюэлла и Дункана Кенуорси, утверждавших, что фильм должен быть как можно ближе к реальности, — картина все же несет в себе хотя бы легкое дуновение настоящей жизни. Иногда фильмы стоит снимать строго по сценарию, а режиссеру — работать в жесткой связке со сценаристом. Но часто верно и обратное — и работа с конкретными режиссером и продюсером, которые сплотили вокруг себя всю группу, превратила эту картину из телешоу в настоящий фильм. Кроме того, интересно будет прочитать сценарий и представить себе все это без Хью — мы перепробовали на главную роль кучу людей, но ничего не срасталось, пока не появился Хью. Актеры тоже могут серьезно менять сценарий.

«Ноттинг-Хилл»

Все вышесказанное в полной мере относится и к Джулии Робертс — актриса серьезно отнеслась к сценарию и сыграла свою роль на высочайшем уровне. А следующее замечание предназначено для сценаристов, которым каждый текст дается с боем: поверьте, можно и нужно без конца менять реплики и сюжет, чтобы в итоге получилось именно то, чего вы хотите добиться. Написание «Ноттинг-Хилла» заняло прорву времени — в основном потому, что чуть не полгода мы решали, чем же кончится дело: персонаж Хью по сюжету должен выбрать между кинозвездой, которую играет Джулия, и девушкой по имени Хани, продавщицей в местном магазинчике. В окончательной версии сценария он выбирал девушку из магазина — а героиня Джулии прилетала в Англию в день свадьбы. Думаете, она собиралась расстроить чужое счастье? А вот и нет: она должна была прийти на торжество и спеть песню Боби Ви «Заботься о моей малышке».

Но я не мог оставить сюжет, где кто-то по-настоящему влюбляется, а затем запросто забывает свою любовь, — поэтому я сделал Хани (ее играет Эмма Чемберс) сестрой Хью, так что для кинозвезды все складывалось удачно. Эта версия мне нравилась гораздо больше предыдущей, но теперь явно недоставало побочных сюжетных линий — создавалось впечатление, что каждый раз, когда персонаж Джулии уезжает, Хью просто сидит дома и считает дни до ее приезда. Так что (о боже) пришлось переписывать все еще раз.

«Реальная любовь»

То, что вы здесь прочтете, — не окончательный сценарий, а лишь рабочий вариант. В случае с «Ноттинг-Хилл» и «Четырьмя свадьбами», готовые картины — чуть укороченные версии представленных здесь сценариев. Но в «Реальной любви» законченный фильм довольно сильно отличается от сценария.

Я помешан на редактуре, которая может, а иногда и должна кардинально изменить фильм в ходе работы над ним. Более того, мне кажется, многие сценарии не раскрываются как следует именно из-за того, что над ними слишком мало — или недостаточно тщательно — поработали на стадии внесения исправлений и улучшений. Над сценарием фильма «Реальная любовь» я трудился очень долго — а потом все равно его переписал во время актерских проб. Затем я снова и снова менял его на стадии первого прочтения непрофессиональными актерами. А затем еще и еще, уже с настоящими актерами. Наконец нам показалось, что реплики звучат достаточно жизненно, — собственно, эту версию сценария вы и держите сейчас в руках. В тот момент мы решили, что все сделано как надо.

Но затем, когда мы закончили съемки, сюжет развернулся по собственным законам, вследствие чего возникла потребность в новых изменениях. В частности, выяснилось, что всех персонажей необходимо представить зрителям в самом начале фильма, — это мы и сделали, выведя одну историю и без конца урезая оригинальный сценарий, пока он не превратился в какую-то солянку: одна чертова сцена за другой, одна за другой.

Внезапно некоторые эпизоды показались мне более сильными, некоторые — чуть менее, музыка приобрела первостепенное значение, а порядок, в котором завершаются сюжетные линии, претерпел кардинальные изменения.

И еще — вот странная штука — когда я перечитываю оригинальный сценарий, то, кроме потери пары сюжетных линий (личная жизнь директрисы, история сына Эммы Томпсон), законченный фильм и сильно отличающийся от него сценарий для меня все еще остаются единым, неразрывным целым. Как сказал однажды Пол Саймон: «Все меняется, а мы все те же».

В мире кино эти слова принимают форму непреложной истины: действительно, в процессе работы над фильмом можно серьезно поменять сценарий — и все равно в итоге получится нечто очень похожее на изначальную задумку.

Надеюсь, книга вам понравится. А если вы прямо сейчас откроете ее в самом конце, то увидите, что я добавил небольшой постскриптум: список моих самых любимых фильмов и песен о любви — просто на тот случай, если впереди у вас пасмурные выходные, и вам хочется послушать и посмотреть что-нибудь новенькое.

И напоследок хочу признаться: я все еще верю в истинность ключевой мысли фильма «Реальная любовь». Любовь действительно повсюду, она вокруг нас, и дружба тоже. Пусть все эти романтические комедии ужасно неправдоподобны и сентиментальны, в то время как жестокие и злые фильмы зачастую гораздо ближе к действительности. Но давайте посмотрим с точки зрения статистики: история, скажем, о солдате-дезертире, который выстрелом в голову убивает беременную женщину в Глазго (что, предположим, действительно случилось один-единственный раз), называется «основанной на реальных событиях», в то время как на кино о том, как кто-то в кого-то влюбляется, что случается сотни тысяч раз в году, вешается ярлык «полнейшей выдумки». Перед лицом несправедливости, насилия, ненависти важно помнить и чтить великую силу любви и дружбы — силу, противостоящую всем этим невзгодам, силу, которую многие ощущают на себе каждый день.

О книге Ричард Кертис «Шесть свадеб и двое похорон»

Дата публикации:
Категория: Отрывки
Теги: Издательство «Амфора»Ричард Кертис