Михаил Бергер, Светлана Проскурнина. Искусство вырубать

Книга Михаила Бергера и Светланы Проскурниной «Крест Чубайса» посвящена реформе энергетической системы России, но захватывает и иные этапы жизнедеятельности героя. Чубайс сравнивается в книге с Ильей Муромцем, Пересветом, мальчиком Бориской, отлившим колокол в «Андрее Рублеве», а уж на какое сравнение наводит название книги - страшно сказать. Работа выполнена в жанре высокой апологии с элементами социалистического реализма (сцена открытия электростанции в Таджикистане достойна пера Ф. Гладкова). Тем не менее это замечательная книга. Охаянный и демонизированный Чубайс — выдающийся государственный муж, гениальный менеджер, достойный апологии. А богатейшая фактура делает «Крест» чтением весьма познавательным и даже приключенческим. Фрагмент для публикации и иллюстрации из книги предоставлены издательством «Колибри».

Как учит нас скульптор Иван Шадр, чьи «Сеятели», «Крестьянки» и «Красноармейцы» не один год украшали советские деньги, булыжник — это оружие пролетариата. Энергетики, даже те немногие из них, кто не знаком с творчеством Шадра, твердо знают, что рубильник — это оружие энергетика, которому не заплатили за электроэнергию. Такое же, впрочем, деликатное и высокоточное, как и оружие пролетариата. Директор АО-энерго — не пролетарий. Он это точно знает, поэтому просто так взять и дернуть за ручку рубильника, чтобы погасло все у тех, кто годами не платит, он не может. Бессмертные слова управдома из фильма «Иван Васильевич меняет профессию»: «Кто за квартиру не платит, того кондрашка хватит!» — преследуют каждого здравого человека, стоящего у рубильника. Это его зубная боль и его кошмар, потому что рубильник — оружие острое, но грубое. И на том конце провода, на том же рубильнике, вместе с ОПП* и его клиентурой: ресторанчиками, бильярдными клубами и общежитиями, обязательно есть какая-нибудь подстанция «Скорой помощи», дом престарелых или секретная воинская часть. Они, ОПП, все это хорошо понимают и отлично умеют этим пользоваться. Зачем платить, когда отключить-то все равно не смогут? Битва Чубайса с одним из таких ОПП - «Смоленскоблкоммунэнерго» — тоже была показательной. Вставка «обл» не должна никого смущать, так как предприятие было создано распоряжением мэра Смоленска в 1992 году и было типичным муниципальным перепродавцом. К осени 2001 года размер долга достиг нескольких сот миллионов рублей. Потом проверка покажет, что, даже собрав с потребителей деньги, коммунальщики и не думали рассчитываться с энергетиками, продолжая эксплуатировать тезис: «Нам не платят — и мы не платим». И даже с учетом этого обстоятельства цель, правда, выглядела мелковатой для главы РАО. Однако ситуация была политизирована до крайности, директора «Смоленскоблкоммунэнерго» поддерживал лично Геннадий Зюганов. Так что за развитием событий внимательно наблюдали не только энергетики и ОПП в разных городах России, но и федеральные политики. Директор «Смоленскоблкоммунэнерго» избрал беспроигрышную, как ему казалось, тактику. «Первого января у меня Чубайс отключает энергию за долги? Очень хорошо. У меня на этих сетях, кроме обычных промпредприятий и населения, две больницы, роддом, пять школ и три детских садика, а также водозабор и канализация. С них, родных, мы и начнем. Чубайс отключает меня, а я отключаю их». Плюс к этому был отключен Промышленный район города, где в основном живут энергетики. Чтоб знали. Ну, вот, отключает директор ОПП указанных потребителей и ждет, какие телефоны у него зазвонят и как Чубайс там будет крутиться. А там уже демонстрация трудящихся против антинародных реформ и циничных антинародных реформаторов, заявление КПРФ в поддержку «Облкоммунэнерго» и полный набор пиара с той стороны.

Дальше Чубайс взвешивает расстановку сил. Где мэр Смоленска? Скорее всего, с той стороны — ОПП собственность муниципальная, да и интерес его в ней наверняка есть. Что с губернатором? Чубайс встречается с губернатором, который поддерживал своего коммунальщика, и со свойственной ему деликатностью говорит:

— С этого момента вы имеете дело не с Хвостанцевым Михаилом Аркадьевичем, моим директором «Смоленскэнерго», а со мной лично. Я директора вашего «коммун? энерго» буду изживать, сносить всеми доступными мне способами. За вами - выбор позиции: либо остаетесь с ним, либо работаете со мной.

Губернатор после некоторого раздумья сказал, что да, за энергию надо платить и он будет на стороне Чубайса.

Но даже в этой конфигурации Чубайсу понадобилось больше двух лет, чтобы добиться своего. Там уже и губернатор сменился, а Чубайс все воевал с местным ОПП.

— Цепкий такой оказался мужик, — говорит глава РАО, — просто молодец. ? Но поскольку он стал чем-то вроде знамени перепродавцов для всей страны (мы же говорим, у Чубайса каждое столкновение - показательное. — М. Б., С. П.), принципиально важным было его победить, без всяких условностей и оговорок. Дело, к сожалению для директора, кончилось уголовкой — проверки много чего навскрывали с деньгами, которые ему якобы никто не платил, — а потом бегством из России.

— А что стало со «Смоленскоблкоммун? энерго»? Она смогла расплатиться?

— Компания отошла РАО «ЕЭС» за долги. Теперь смоленские коммунальные сети, как и коммуналка в некоторых других городах, стали частью наших сетевых компаний. Такая возможность, кстати, преду? сматривалась Программой, Той самой Синей Книжечкой, которую мы разработали в первые месяцы работы в РАО.

Правильные истории с решительным наступлением на коммунальных перепродавцов не всегда имели такие счастливые развязки. В Тамбове произошла ужасная трагедия.

«Тамбовэнерго», в полном соответствии с федеральным законодательством, рег? ламентами и нормами РАО «ЕЭС», выдало предписание ОПП на ограничение энергоснабжения неплательщиков. В уголовном деле сохранились стенограммы переговоров диспетчеров, где энергетики спрашивают коммунальщиков, какие фидеры можно отключать. Поскольку конкретные непромышленные потребители получают электроэнергию от оптовых перепродавцов, только в ОПП знают, кто на каких линиях сидит. Диспетчер «Тамбов? энерго» запрашивает номера фидеров, а диспетчер «Тамбовкоммунэнерго» называет номера для отключения. В числе прочих — фидер, на котором запитан военный госпиталь. В госпитале, на беду, в это же самое время пациент, полковник запаса, лежит с аппаратом искусственной вентиляции легких.

Потом, когда стали разбираться, возникла масса вопросов. Почему не был госпиталь предупрежден об отключении, почему в нем не оказалось резервного источника тока, который должен быть обязательно? Почему, в конце концов, в больнице полковнику не сделали искусственное дыхание с помощью кислородной подушки? Но полковнику-то что до этого? Трагедия случилась.

Понятно, что начинается кампания в прессе о Чубайсе-убийце. Кого волнует, что госпиталь не имел дизеля и получал энергию от оптового покупателя-перепродавца? Пациент умер от отключения электричества в госпитале. Все, значит, виноват Чубайс. И Чубайс при упоминании этой истории действительно чувствует себя виноватым, несмотря на балансовое разграничение мощностей, на распределение функций между АО-энерго и ОПП. А сотрудник «Тамбовэнерго», который прошел через несколько судов и был оправдан, умер. Не выдержало сердце.

В РАО была разработана детальнейшая процедура отключения должников с обязательным информационным сопровож? дением. Когда оптовому перепродавцу направляется первое письмо с предупреж? дением о том, что в случае невыплаты задолженности поставка энергии будет ограничена, информация об этом обязательно передается в СМИ. Через две недели, если ничего не меняется, процедура повторяется. И только если после третьего предписания, после трех предупредительных «выстрелов в воздух», все остается по-прежнему, энергетики снижают объем поставляемой энергии до того уровня, за который заплатили.

В одном из городов пиар-служба АО-энерго даже опубликовала в местной прессе обращение к жителям с объяснениями причин возможного вынужденного отключения: кто кому должен, где сети АО-энерго, а где ОПП. И если у вас, уважаемые потребители, возникнут вопросы, почему нет электроэнергии, за которую вы заплатили, обращайтесь по следующим координатам. И дальше — городской, домашний и мобильный телефоны директора местного «коммунэнерго». Понятно, что происходит в городе в день опубликования этой информации.

Кроме того, энергетики в день отключения, если до этого доходит, приглашают журналистов на свою «последнюю подстанцию» и объясняют, где кончаются провода системы РАО «ЕЭС» и где начинается муниципальное энергетическое хозяйство.

Это все прекрасно работало.

Хотя были случаи не только в Смоленске, когда мэры со своими ОПП шли до конца в расчете на то, что отключить городских потребителей вместе с больницами и детскими садами невозможно. Один из таких бойцов сопротивления руководил Кинелем, небольшим городом в сорока километрах от Самары. События все тех же тяжелых лет — 1999-2000. Не платили и заявляли, что платить не будут. Чтоб и не рассчитывали в будущем.

«Самараэнерго» руководил тогда вполне решительный Владимир Аветисян (позже он перешел в РАО и стал членом правления), которого, как говорят, на испуг не возьмешь. Его люди разработали и провели целую спецоперацию по наказанию упорствующих должников. Они пошли к военным, взяли в аренду дизельные генераторы, подвезли их к больнице, к школе, к роддому, к госпиталю. Запитали таким образом все жизненно важные объекты и вырубили, к чертовой матери, город Кинель. Как часто говорят в американских боевиках: «Сюрприз!»

Мэр города сутки бегал по потолку своего кабинета, второй день потратил на угрозы вовлечения в конфликт всех возможных инстанций, а на третий день стал платить.

А начинали бороться с неплательщиками с помощью так называемых веерных отключений. Это уже не булыжник, а практически ковровые бомбардировки. Энергокомпании не платят, у нее нет денег на топливо, значит, станция может работать не 24 часа, а только, скажем, 16. В какой-то час какие-то энергоблоки надо отключать на час, на два, на шесть. Иначе — авария. Сокращается выработка, следовательно, кого-то из потребителей надо просто тупо вырубить, и самое досадное — независимо от того, заплатил он или нет. Потому что веерное отключение — это поочередное отключение энергозон, городских микрорай? онов со всем, что там находится. Говорят, Чубайс как-то сам попал под такое мероприятие. Был в Петропавловске-Камчатском, губернатор пригласил зайти в музей. Пошли — масса журналистов, телекамеры. И тут, как специально, гаснет свет во всем микрорайоне, включая музей, естественно. Это и есть «веера» и единственно возможное поведение энергетиков в такой ситуации. У меня нет топлива — я поочередно отключаю часть потребителей.

Чубайс быстро понял, что веерные отключения — это признак полной беспомощности энергетиков. Веера — это последствия поставки энергии тем, кто не платит. Одна из первых мер Чубайса в РАО — запрет веерных отключений. Она была подкреплена жестким указанием не поставлять энергию без оплаты. И отключать только тех, кто не платит. Сложная организационная и инженерная задача, но вполне решаемая. При этом надо понимать, что «жертвы» отключений не сидят сложа руки. У них свои «рубильники» и «булыжники». Ты мне отключаешь, не важно почему, а я на тебя уголовное дело заведу за отключение чего-нибудь жизненно важного, что ты обязательно пропустишь. И получается, что у Чубайса, с одной стороны, угрозы уголовок против его директоров, которые в трех случаях были реализованы, и ему потом понадобилось немало сил и лет, чтобы снять со своих менеджеров уголовные обвинения. С другой стороны, государство, которое также грозит посадить всех, кто злостно не исполняет платежи по налогам, в Пенсионный фонд и т. д. и т. п.

Так что отключать — большое искусство, целая стратегия с тактикой. Иначе может ударить. И не током. Или, как минимум, кто-то может перекрыть дорогу к выключателю с оружием в руках. Не с булыжником, а именно с табельным стрелковым оружием.

Евгений Иванович Наздратенко, еще служа губернатором в Приморье, будоражил Госдуму заявлениями типа: а вы попробуйте отключить электроэнергию у людей, которые ее защищают с автоматами в руках! Аплодисменты.

— Был момент, — рассказывает уже нам Наздратенко, — долг достиг невероятных размеров. Что-то около двух миллиардов рублей! Флот не платит ни за что. А предприятия все вцеплены в берег, электроэнергию получают, коммунальные услуги получают. Погранцы не платят, корпуса ПВО — тоже. Пятая армия не платит. Вообще никто ни за что не платит. А когда начали отключать, военные стали бронетранспортеры с автоматчиками к своим подстанциям выставлять, не давали подойти никому. Я помню, к командиру дивизии одному приехал и спрашиваю: почему же вы ничего не платите? А он отвечает, что деньги на оплату электроэнергии они полностью получили. «Но знаете, куда я их дел? — говорит. — Я их пустил на зарплату, которую мои офицеры пять месяцев не получали. А электроэнергию будем добывать бесплатно: вот бронетранспортеры и людей с автоматами к подстанции выставим». В чем же виноват этот командир дивизии? В чем виноват губернатор? Ведь до стрельбы же доходило, стреляли поверх голов, и это было даже по телевизору. Вся же страна тогда бунтовала!

Да, дон Карлеоне из «Крестного отца» и не подозревал, наверное, насколько он был прав, когда говорил, что с помощью пистолета и доброго слова можно добиться гораздо большего, чем с помощью просто доброго слова.

Можно даже электроэнергию добывать с помощью стрелкового оружия и заодно экономить при этом на добрых словах.

В регионах с тяжелой экономикой ситуации с войной вокруг отключений дожили до 2008 года.

Ответ Чубайса последовал незамедлительно. Он выслал на место Раппопорта (конечно же, его!), которому, кроме всего прочего, поручил посетить пострадавшую и оказать ей материальную помощь. Нападавшие были отловлены, против заказчиков акции заведены уголовные дела. В январе 2008 года телефонная компания отключила линию международного прослушивания ФБР США за неуплату. Вы спросите: при чем здесь Чубайс? Нет, его фидеры не протянулись столь далеко, но он и до этого случая понял, что за неоплаченные счета потребителя надо отключать. В Штатах отключенные телефонные линии использовались для доставки результатов наблюдений в ФБР, и потеря связи привела к утрате важных улик по разным делам. Минюст США, проводивший расследование инцидента, как ни удивительно это покажется в России, признал виновным ФБР, а не телефонную компанию*.

Так вот, Чубайс понял, что отключать надо всех, кто этого заслужил, и до случая с ФБР. Но он не предполагал, насколько сильно эта идея овладеет менеджерскими «массами» РАО.

В конце 2007 года Чубайс в очередной раз был на Камчатке.

— Как у тебя воинская часть?. . — называя номер части, спрашивает он директора «Камчатскэнерго» про известного ему должника.

— Все нормально, — отвечает тот, — завершаем процедуру.

— Процедуру чего?

— Банкротства, чего же еще, не платят ведь.

— Не понял, еще раз, пожалуйста. Как банкротства? Это же воинская часть, она энергоснабжение базы подводных лодок обеспечивает?

— Ну и что? Банкрочу. Я специально разбирался. Можно.

— Я тут же соображаю, — говорит Чубайс, — что ровно в это время на этой базе находится только что назначенный министр обороны Анатолий Сердюков вместе с президентом Путиным и через час у меня совещание с ними. «Ну-ка давай, быстро рассказывай, как это вы ухитрились воинскую часть банкротить, чтобы я тоже понимал». И действительно, там соорудили такую юридическую конструкцию, при которой в/ч — это ГУП, то есть государственное унитарное предприятие. У ГУПа есть свои активы, низковольтные распределительные сети в том числе. И эти сети не собирали плату за электричество, вот их-то и взялись банкротить.

В тот раз на совещании у президента с участием министра обороны Чубайс отбился. Но был с отключением военных объектов один совсем тяжелый случай. Настолько тяжелый, что ему по этому поводу позвонил Путин. Никогда до и никогда после президент не звонил Чубайсу с вопросом об отключении кого бы то ни было. Но в тот раз под раздачу попала воинская часть, отвечавшая за связь с военными спутниками. Тут-то и раздался звонок от президента.

— Ты что творишь? — живо поинтересовался он. — Ты знаешь, о чем газеты европейские сегодня с утра пишут? Они все вышли под заголовками: «Ракеты Путина падают на Европу». Ты же станцию слежения отключил. Мне уже Блэр звонил и Ширак звонил.

— Виноват, перестарался, — ответил Чубайс, но не удержался, чтобы не спросить: — А что это за армия такая, которой можно один провод обрубить и она теряет контроль над своими ракетами?

Последующее разбирательство показало, что Чубайсу не удалось нанести ущерб обороноспособности страны. В воинские части на Дальнем Востоке деньги из бюджета приходили с большим опозданием. И не только на оплату электроэнергии, но и на зарплату, на содержание жилых домов военных. Командир части, видя, что долг энергетикам достиг неприличных размеров, сам предложил ввести ограничения поставок электроэнергии на то время, когда объект не находился на боевом дежурстве. Спутники ведь по орбите летают, и, когда они уходят за горизонт, с ними все равно связи нет. Но скандал получился большой и полезный. Если уж таких военных отключили, а Чубайс уцелел, платить, похоже, придется всем.

Дата публикации:
Категория: Отрывки
Теги: Анатолий ЧубайсИздательство «КоЛибри»Политика