Основано на нереальных событиях

Текст: Ксения Друговейко

На киноэкранах продолжается прокат «Больших глаз» Тима Бертона — биографии прославленной ныне поп-арт художницы Маргарет Кин и ее мужа Уолтера, десять лет кряду выдававшего картины жены за свои. «Прочтение» тем временем вспоминает еще несколько фильмов, связанных с творчеством выдающихся плагиаторов, имитаторов и мистификаторов минувшего и нынешнего веков.

Почему искусство всегда правдиво, но всякий художник — лжец? Что есть оригинальность, если не мастерство утаивать свои источники? Кому удается найти в творчестве что-то свое, а кому — еще и чужое? Куда, наконец, надо обратиться, чтобы тебя признали непризнанным гением? Никто не мог бы рассказать обо всем этом больше, чем наши сегодняшние герои — последователи великого Фрэнка Эбенгейла, прославленного спилберговским «Поймай меня, если сможешь».

«Ф как фальшивка» Орсона Уэллса, 1974


Символично, что именно это кино стало последним законченным произведением великого Уэллса. Ведь слава режиссера началась с радиопостановки 1938 года по роману его однофамильца «Война миров», услышав которую миллионы американцев немедленно поверили в нападение марсиан и впали в массовую истерику. Благодаря этой мистификации Уэллс был признан основателем жанра мокументари (псевдодокументалистики), идеальным образчиком которого и стала позже его же «Фальшивка». Перемонтировав подлинную документальную ленту об Элмире де Хори — виртуозе-фальсификаторе, который подделывал работы величайших художников XX века (включая Модильяни и Пикассо), Уэллс ритмично «перемешал» реальные и постановочные кадры, чтобы в итоге создать ироническое эссе на тему относительности подлинного и фальшивого в любом искусстве. Третьим его центральным героем оказался (вместе с де Хори и самим Уэллсом) журналист и писатель Клиффорд Ирвинг — еще один великолепный имитатор. Написав биографию своего друга де Хори, озаглавленную как «Фальшивка!», Ирвинг взялся за создание поддельной автобиографии ни много ни мало Говарда Хьюза. По мотивам этой истории, впрочем, был снят уже совсем другой фильм...
 

«Мистификация» Лассе Халльстрёма, 2006


Поль Валери заметил однажды, что всякий человек меньше самого прекрасного своего создания, и был, разумеется, прав, даже если не подразумевал под таким созданием сложносочиненную ложь. Между тем пример Клиффорда Ирвинга в деталях доказывает, что и она может стать произведением искусства. Будучи не слишком успешным литератором, этот фантазер обрел истинное величие в обмане — когда сам перестал контролировать внутреннюю границу между вымыслом и действительностью. Лассе Халльстрём и снявшийся в роли Ирвинга Ричард Гир вложили в изображение этой трагикомической трансформации ровно столько иронии, сочувствия и минутного восхищения своим героем, сколько было необходимо, чтобы зритель забыл, что перед ним все же художественная версия подлинных событий. Ложь — издателям, лучшему другу, своей и его жене, всему миру, наконец, — складывается вдруг в историю более реальную, чем сама реальность. Неудивительно, что даже спустя годы у Ирвинга, выпустившего в итоге собственную, а не хьюзовскую биографию, нашелся еще более изобретательный последователь...
 

«Афера Стивена Гласса» Билли Рея, 2003


В 1998 году солидный политический еженедельник The New Republic оказался в центре крупного медиаскандала — по масштабу близкого к тому, что разыгрался вокруг этого издания в минувшем декабре. 26-летний репортер Стивен Гласс, за пару лет ставший звездой журнала, был уличен журналистом Forbes в грандиозной лжи. Гласс не просто сфабриковал в своей статье «Хакерский рай» отдельные детали истории о юном компьютерном гении, подчинившем себе целую корпорацию, — он полностью выдумал ее (и историю, и корпорацию — а заодно и героя-хакера). Дальнейшая проверка показала, что 27 из его 40 статей были полностью или частично основаны на вымысле. Фильм Билли Рея с молодыми Хайденом Кристенсеном и Питером Саарсгардом, сыгравшим главного редактора журнала Чарльза Лейна, вышел, словно по заказу Гласса, к публикации его автобиографии. Однако на этом фортуна, которая, по всем законам жанра, обещала герою новое блистательное будущее, потеряла к нему интерес. Получив юридическое образование, Гласс за все эти годы так и не добился судебного разрешения на адвокатскую практику, успеха на литературном поприще он тоже не достиг. Зато кинобиография героя (где тот предстает скорее жертвой собственного выдающегося инфантилизма, который поощряют все вокруг, чем прагматичным аферистом) не устарела по сей день и даже обрела новую актуальность.
 

«Как я дружил в социальной сети» Генри Джуста и Ариеля Шульмана, 2010


Google заводит на каждого из нас личное дело и пихает туда скопом давно, казалось, сожженные дневниковые странички, научные статьи и дорогие как память конфетные фантики; Facebook распределяет нас по коалициям и фракциям, насильственно записывает в любители моцареллы, а потом решает, что из наших записей должно и не должно попасться кому-то на глаза; Instagram возвращает нам уверенность в себе, но лишает остатков веры в человечество. Труднее или проще живется в новом мире органическим лгунам и имитаторам — неизвестно, но уж точно интереснее. История знакомства нью-йоркского фотографа Нева Шульмана с некой семьей из мичиганского захолустья может послужить отличным пособием для всякого новичка, планирующего какую-нибудь виртуальную проделку. Братья Шульман и их приятель Генри Джуст задумали это кино, когда у Нева завязалась дружеская переписка с восьмилетней художницей и ее мамой, а потом и романтическая — со старшей дочерью, музыкально одаренной красоткой. Новые знакомые прекрасны, словно сэлинджеровские Глассы, — но в их большой талантливой семье творится много странного. Интересно, что если половина зрителей оказывается увлечена историей дальнейшего разоблачения подозрительных провинциалов, другую куда больше занимает процесс авторского саморазоблачения. Нельзя не отметить, что всякий сможет понять кое-что новое о своих друзьях, исходя из того, к какой половине они сами себя отнесут, — конечно же, о реальных, а не «фейсбучных». Или наоборот.
 

«Выживая с волками» Веры Бельмон, 2007


В 1997 году вышла автобиография бельгийской писательницы Миши Дефонески «Миша: мемуары о Холокосте». История семилетней еврейской девочки, которая после ареста родителей четыре года скрывалась в лесах, прибившись к волчьей стае и убивая нацистов, стала бестселлером во всей Европе и была переведена на восемнадцать языков. Автору даже удалось выиграть у собственных издателей многомиллионное судебное дело о заниженных гонорарах. Многим казалось странным, что книгу экранизируют лишь спустя десятилетие после выхода, — зато теперь почти не остается сомнений: именно появление киноверсии привело к разоблачению писательницы. Вполне достойно сделанное и сыгранное, это кино, тем не менее, обнаружило всю неправдоподобность (если не сказать грубее) оригинальной истории. Под давлением скептиков Дефонеска призналась, что зовут ее на самом деле Моника де Ваэль, а родителей ее арестовали за принадлежность не к еврейскому народу, а к движению антифашистского сопротивления, когда девочке было всего четыре. История де Ваэль, для которой сочинение фальшивой автобиографии стало, по ее словам, «способом пережить реальность», вызывает, разумеется, двойственные чувства.

В любых осмысленных разговорах на тему Холокоста неизменно возникает спор между теми, кто справедливо отмечает, как преступно мало рассказывают детям всего мира (за пределами Израиля и Германии) о его ужасах, и теми, кто столь же верно указывает на стремление многих евреев «монополизировать» роль жертв геноцида. (Достаточно вспомнить, что Израиль до сих пор официально не признает геноцид армян 1915 года.) Мистификация де Ваэль оказывается подлостью (пусть и не вполне осознанной) по отношению к сторонникам обеих позиций — и, по правде говоря, ко всем нам заодно, но в то же время еще раз доказывает, как слаба и коротка наша общая историческая память.

Дата публикации:
Категория: Кино
Теги: Ариель ШульманАфера Стивена ГлассаБилли РейВера БельмонВыживая с волкамиГенри ДжустКак я дружил в социальной сетиКиноЛассе ХалльстрёмМистификацияобзорОрсон УэллсФ как фальшивка