# Венедикт Ерофеев

Борис Мессерер. Промельк Беллы

Книга Бориса Мессерера начиналась как попытка упорядочить записанные на диктофон рассказы Беллы Ахмадулиной о детстве, семье, войне, поэзии, просто истории, случаи из жизни. Потом к ним добавились собственные мемуарные очерки Бориса Мессерера.

Как товарищи работали. Советская цензура под мелкоскопом редактора

Двадцать пять лет тому назад, в сентябре 1988 года миллионы советских читателей, не знакомых с Самиздатом и не имевших обыкновения слушать передачи иностранных радиостанций на русском языке, узнали о существовании в Советском Союзе ещё одного писателя с фамилией Ерофеев. Но в отличие от своего младшего однофамильца — Виктора, в ту пору известного больше как один из организаторов знаменитого неподцензурного, а потому и запрещённого в СССР литературного альманаха «Метрóполь» (1979), Венедикт Ерофеев до этого времени публиковался только за его пределами или в Самиздате. Об обстоятельствах его самой первой официальной публикации в советской прессе рассказывается в филологическом расследовании Павла Матвеева.

Ирреальный комментарий, или Заметки на пьедестале памятника Минину и Пожарскому

Это не столько научное предприятие, сколько «экскурсия» по тексту, где перед одними экспонатами можно задержаться подольше, о других сказать лишь ради проформы, от третьих отмахнуться, чтобы скорее двигаться к тому, что тебя действительно занимает. А занимает Комментатора обсценная речевая стихия, спиртные напитки и «материально-телесный низ». И здесь действительно трудно не только отделить друг от друга «пристрастия автора, повествователя и героя», но и комментатора от комментируемого текста. Рецензия Дмитрия Калугина на «Энциклопедию русского пьянства» Алексея Плуцера-Сарно, комментарий к поэме Венедикта Ерофеева «Москва — Петушки»

Книги Текст: Дмитрий Калугин
Энциклопедия русского пьянства

Нагнетание на протяжении всей поэмы эпитетов, передающих состояние крайней степени алкогольного отравления, приводит к тому, что не только жуткий финал, но и вообще все события поэмы постепенно начинают восприниматься многозначно: не только трагически, как муки и смерть главного героя, но и квазитрагически — как сон, болезненное состояние, соотносимое с галлюцинозами и бредовыми состояниями алкогольного делирия. Отрывки из комментария Алексея Плуцера-Сарно к поэме Венедикта Ерофеева «Москва — Петушки»

Как правильно комментировать Венечку Ерофеева

В 2011 году в издательстве «Вита Нова» вышло издание поэмы «Москва — Петушки», сопровожденное комментарием Алексея Плуцера-Сарно. Эти «заметки на полях поэмы» называны «Энциклопедией русского пьянства». В них Плуцер-Сарно делает попытку «проникнуть в текст и вскрыть бесконечную перспективу смыслов», а также критически осмысливает работу, проделанную предыдущими комментаторами.