# Биографии

Михаил Маргулис. Крепкий Турок

С обывательской точки зрения Миша пребывал в «полном шоколаде» и на институт, в общем-то, мог махнуть рукой. Он и сам подтверждает, что «большинство „гнесинцев“, при всей любви к музыке, не очень-то верили, что профессия, которую они получат, станет опорой в жизни. Все поглядывали „налево“, прикидывали, как совместить приятное с полезным. Остаться музыкантом, но не быть постоянно материально нуждающимся».

Эдна О’Брайен. Влюбленный Байрон

Лорд Джордж Гордон Байрон, пяти футов и восьми с половиной дюймов ростом, был обладателем уродливой правой ноги, каштановых волос, запоминающейся бледности, алебастровых висков, жемчужных зубов, серых глаз, обрамленных черными ресницами, и неотразимого обаяния, которое равно действовало на мужчин и на женщин. Все в нем было парадоксально: свой в обществе — и белая ворона, красавец и урод, человек серьезный и насмешник, транжира и — временами — скряга, обладатель острого ума и зловредный ребенок, веривший в чудеса.

Яблоко раздора

Не удивлюсь, если этим текстом как сырьем вскоре воспользуются сценаристы и режиссеры. Уверена, что сериал «Стив» соберет по всему миру не меньше зрителей, чем «Шерлок», тем более что оба героя демонстрируют презрение общественных конвенций, скверный характер и уникальные способности. И эта книга не последний проект Джобса (исполненный, как все его проекты, усилиями других), который еще будет приносить прибыль и влиять на мировую моду. Полина Ермакова о книге Уолтера Айзексона «Стив Джобс»

Книги Текст: Полина Ермакова

Народный избранник

Депутатская переписка Шостаковича — это тысячи писем, им полученных, им прочитанных, и тысячи, им отправленных. Последние письма Шостакович писал за несколько недель до смерти, будучи уже тяжело больным. Но и тогда ни одно письмо не осталось непрочитанным, не осталось без ответа. Некоторые и музыку его не слышали, и фамилию пишут с ошибками, иногда на конверте вместо адреса только — «Москва Кремль Шостаковичу». И письмо доходило. Отрывок из книги Оксаны Дворниченко «Москва Кремль Шостаковичу»

Питоны о Питонах (фрагменты)

Мы должны были начать съемки в июле и встречались достаточно регулярно, может, раз в два-три дня, собирали все в кучу. Так потом было всегда — и в других сезонах тоже. Мы устраивали встречи, приносили на них то, что успели насочинять. Но чем дальше мы углублялись, тем больше времени проводили порознь, собирая материал, и тем меньше — вместе, придавая выпускам окончательную форму. Но поначалу, пока мы не были уверены, что́ из этого всего вырастет, приходилось собираться и напоминать друг другу, куда мы движемся. Кроме того, надо подобрать название... Отрывки из книги

Ева Габриэльссон, Мари Франсуаза Коломбани. Миллениум, Стиг и я (фрагмент)

С дедом и бабушкой Стиг обитал тогда в маленьком доме, окруженном лесами. Кроме кухни в избушке имелась всего одна комната, и не было ни воды, ни электричества, ни туалета. Для шведской деревни обычны такие дома, нечто вроде семейных ферм. Когда-то в них поселялись старики, передав молодому поколению ведение хозяйства. Стены в доме бабушки и деда были засыпные, и пространство между досками заполнялось, скорее всего, опилками, как часто делали в то время. Отапливалось жилье при помощи дровяной плиты, на которой бабушка и готовила. Отрывок из книги

Парисула Лампсос, Лена Катарина Сванберг. Я женщина Саддама (фрагмент)

В те времена женщины много мечтали. Мечтали о счастливой жизни. О безопасности и стабильности. Я скучаю по той женственности, по чувственности и эмоциональности, какие были свойственны миру женщин, в котором я жила. Сейчас я ценю свою экономическую независимость, но тогда все, что мне было нужно, — это слова, взгляды, легкие касания. При встречах говорили не только тела, но и души людей. Сегодня для людей заняться сексом так же просто, как сказать «доброе утро», и мне это кажется неправильным. Люди, особенно женщины, устроены совсем по-другому. Отрывок из романа

На трезвую голову

К 25-летию «Митьков» в издательстве «Амфора» вышла книга «Конец митьков», в которой Владимир Шинкарев, один из участников группы, потается расставить все точки над «i» в истории творческого объединения и нынешнем положении дел. «Прочтение» публикует главу, с которой начинается рассказ об упадке движения.

Преподаватель русской литературы: Корнель, 1948–1950

Девушки по имени «Жанна из Арка» никогда не существовало. Я предпочитаю ее настоящее имя Жоанета Дарк. Будет довольно глупо, если в номере «Нью-Йоркера» за 2500 год меня упомянут как «Вольдемара из Корнеля» или «Набо из Ленинграда». Отрывок из книги Брайана Бойда «Владимир Набоков. Американские годы»

Бабочки: Санкт-Петербург, 1906—1910

В 1906 году Набоков открыл для себя бабочек. Солнечным летним днем в Выре, на ветке жимолости, склоненной над скамьей напротив входа в усадьбу, он с восхищением разглядел яркую узорчатую бабочку — махаона, которого Устин, петербургский швейцар Набоковых, тут же поймал для него в фуражку. Бабочку заперли на ночь в платяном шкафу, а утром она улетела. Следующая попытка была более удачной: замшевого, с цепкими лапками сфинкса мать усыпила при помощи эфира, а потом научила Володю расправлять бабочек. Отрывок из книги Брайана Бойда «Владимир Набоков. Русские годы»

Русский богатырь в советском поле

Серьезен был не на шутку Александр. Работал усердно. Учился основательно. Написал поэму — «Путь к социализму». Написал повесть — «Дневник председателя колхоза». Женился, когда пора пришла. В столицу подался — с новой поэмой: о счастье колхозном, о победах трудовых, о далях светлых. О попах лживых, о кулаках злобных, о нищих и убогих единоличниках. Словами простыми, обиходными рассказал, стихи сложил речью немудреной, обыденной, строем доходчивым и правдивым; поведал бесхитростно обо всем, что знал, что видел, о чем мечтал. Негромко, но внятно. И услышали. Признали. Одобрили. Двадцативосьмилетнего студента наградили орденом Ленина! Предисловие составителя к книге «Твардовский без глянца»

Твардовский без глянца

Тщательно отобранные и скомпонованные цитаты из воспоминаний современников, а также из дневников и писем