# Андрей Рубанов

В Красноярске открылась XI ярмарка книжной культуры

XI Красноярская ярмарка книжной культуры проходит с 2 по 6 ноября. Это крупнейшая выставка издательств в Сибири и фестиваль с обширной интеллектуальной и перформативной программой. Главное ее событие — публичные дебаты, по итогам которых объявляется шорт-лист литературной премии «НОС» («Новая словесность»).

Объявлен короткий список «Ясной Поляны»

Организаторы литературной премии «Ясная Поляна» объявили шорт-лист номинации «Современная русская проза». Из тридцати книг, вошедших в лонг-лист, в коротком списке осталось шесть.

Андрей Рубанов: «Я уже прочел все, что мне было нужно»

Роман Андрея Рубанова «Патриот» стал большой новинкой прошедшей весны. С ним Рубанов попал в финал «Национального бестселлера» и «Большой книги». Об успехах «Патриота», болевых точках русского человека и новой книге писатель рассказал «Прочтению».

Вечно молодой, вечно пьяный

«Патриот» — не та книга, после которой читатель полюбит Родину. Ни автор, ни его герои ни в чем и никого не пытаются убедить. Точно так же в планы автора не входит и опровержение каких бы то ни было истин. Главное в романе — совсем не это.

Книги Текст: Борис Алиханов

Андрей Рубанов. Патриот

Андрей Рубанов — автор книг «Сажайте, и вырастет», «Стыдные подвиги», «Психодел», «Готовься к войне» и других. Финалист премий «Национальный бестселлер» и «Большая книга».

Грачи прилетели, или Книги весны без Сорокина

В ближайшие пару-тройку месяцев на прилавках книжных магазинов появятся как разрекламированные романы, так и менее известные книги. Чего стоит ожидать от издателей? «Прочтение» выбрало пять лучших книг художественной прозы и пять — нон-фикшен.

Книги Текст: Елена Васильева

Андрей Рубанов. Стыдные подвиги

В шесть утра в камере ломали гада. Еще вчера он не был гадом. Обыкновенный криминальный балбес, уроженец Дагестана, лезгин или аварец. Едва войдя, объявил, что на свободе вел бродяжной образ жизни и в тюрьме хочет иметь со стороны арестантского сообщества положенное уважение. В ответ ему сказали, что только время покажет, какого именно уважения достоин всякий человек, и забыли про него. Рассказ из сборника

Андрей Рубанов. Боги богов

Его звали Жилец. То ли имя, то ли прозвище. А фамилий у таких людей бывает по три десятка. Жилец — пусть будет Жилец. Марат и свое-то имя едва припоминал, рассуждать про чужие не было ни сил, ни желания. Имя, фамилия, прозвище — какая разница? В пересыльной зоне на Девятом Марсе никто ни во что не вдумывается. Вдуматься — значит вспомнить, что ты умеешь думать, что ты человек, а не пустынное насекомое. Мысли возникают обычно только в связи с простейшими проблемами. Как бы надышаться, или тень найти, или пожрать. Или уберечь барахло, чтобы не украли, пока спишь.

Кушать подано, идите жрать, пожалуйста

В целом роман не кажется мне удачей автора. Душная атмосфера, бесконечное «я, бля, крут, а ты, бля, не крут», бесконечные поучения (как только встречаются любые два героя, один начинает учить другого), авторские слепые пятна, когда совсем не лишенный чувства юмора Рубанов просто не слышит, что диалог его меряющихся аргументами крутышей — смешон, почти пародиен, и, наконец, отсутствие у автора хоть какой-то эстетической дистанции по отношению к героям, — все это оставляет тяжелое послевкусие. Рецензия Андрея Степанова на роман Андрея Рубанова «Психодел»

Книги Текст: Андрей Степанов

Поваренная книга

Вот главные персонажи: Борис, сын советских укомплектованных академиков, завсегдатай тренажерного зала, водитель гоночной Субару, рантье, имеющий свой игрушечный бизнес, и Мила, бухгалтер строительной фирмы, богатеющей не от выигрышей, а от проигрышей тендеров. Их ждут фантастические, воистину сказочные приключения, и он, тот, кого называют «принцем», будет вести себя как Иван-дурак, а Мила прекрасно справится с ролью Василисы Премудрой. Она не позволит Серому волку проглотить себя и еще спасет жениха от неминуемой гибели. Рецензия Ули Углич на роман Андрея Рубанова «Психодел»

Книги Текст: Уля Углич

Новые бодрые

Ехали из гостей, Борис давил на педаль, какой-то дурак его обогнал, он в ответ обогнал дурака, вышли гонки, вечер, дождь, окраина Москвы, редкие фонари, ничего не видать, страшно, и она сказала: прекрати, зачем тебе это надо все. Затем, ответил он, не снижая скорости. Она не любила, когда он слишком быстро гонял, и решила съязвить. Потому что «ты, бля, крут?» А он обиделся, как мальчик, еще прибавил ходу и ответил, с металлом, мрачно, громко, почти крикнул. Да; я, бля, крут. Глава из романа Андрея Рубанова «Психодел»

Андрей Рубанов. Психодел

Хорошая девушка Мила Богданова знает, что она умная и красивая, что последнее слово всегда за ней

Литературная матрица

В начале ноября в магазинах появится двухтомник «Литературная матрица. Учебник, написанный писателями». Это совместная попытка издательства «Лимбус пресс» и Филологического факультета Санкт-Петербургского государственного университета сделать «альтернативный» школьный учебника по литературе. В книге о классиках русской литературы — от Пушкина до Солженицына — рассказывают не ученые-литературоведы, а знаменитые современные писатели и поэты. «Прочтение» публиковало сокращенный вариант статьи Андрея Рубанова о Варламе Шаламове. На страничке проекта на сайте ideafair.ru можно прочитать еще одну статью — о Федоре Михайловиче Достоевском рассказывает Сергей Носов.

Анкета. Андрей Рубанов

Андрей Рубанов ворвался в литературу в 2006 году автобиографической тюремной сагой «Сажайте, и вырастет», сразу попавшей в короткий список премии «Национальный бестселлер». В 2010 году вышел очередной роман писателя «Живая земля». Перед вами ответы Андрей Рубанова на вопросы анкеты «Прочтения».

Варлам Шаламов как зеркало русского капитализма

Статьи о классиках из нового учебника по русской литературе, хоть и покрывают школьную программу по предмету, вряд ли пригодятся в «изучении» великой русской или подготовке к ЕГЭ. Но так оно и задумано. Авторы проекта — не литературоведы, а писатели и, как никто другой, знают, что «изучение» текста совсем не то же самое, что опыт его настоящего чтения. Профессиональные филологи, наверное, упрекнут труд в неакадемичности, а многие статьи найдут спорными (так оно и есть — недаром некоторым авторам посвящено по две совсем разных статьи). Но школьники, которым учебник попадется в руки, вряд ли смогут удержаться, чтобы не накинуться на классиков — хотя бы для того, чтобы поспорить или согласиться с теми мнениями, которые о них прочтут. Как, например, в случае со статьей Андрея Рубанова о Варламе Шаламове.

Андрей Рубанов. Живая земля

Пыль была везде. Тонкая, как пудра, она плохо пропускала свет фонариков. Шедший первым Глеб ставил ногу на очередную ступень лестницы — и поднималось новое облако невесомой дряни. Таня двигалась второй, часто сбивалась с шага, делала много лишних движений, каждое из них — неловкое касание стены или перил либо чрезмерно старательный удар подошвы по цементному полу — взметывало обильные и плотные вихри пыли. Денис был замыкающим, ему доставалось больше всех. Отрывок из романа

И вот что выросло

Дебютный роман Андрея Рубанова «Сажайте и вырастет» выпущенный за собственный счет писателя, едва не взял премию «Национальный бестселлер» за 2006 год. В апреле в издательстве «АСТ» выходит уже шестой роман Рубанова, «Йод», отрывок из которого «Прочтение» предлагает вашему вниманию. Также читайте ранее не публиковавшийся рассказ Андрея Рубанова «О прозе и незаконном ношении оружия». А еще страницах «Прочтения» можно найти рецензию Андрея Степанова на роман «Хлорофилия» и отрывки из книг «Готовься к войне» и той же «Хлорофилии».

Чеченский Геббельс

«Мой шеф Бислан с ювелирной точностью поставил бывшего журналиста, финансиста и арестанта на тот участок фронта, где бывший журналист и арестант сразу принес пользу. Еще в июне бывший финансист, сидя на деревянном ящике во дворе мэрии Грозного, после второго стакана теплой водки требовал дать ему автомат и отправить в бой — теперь, спустя несколько недель, он догадался, что желающих бегать с автоматом по пыльным разбитым асфальтам чеченской столицы — хоть отбавляй, но среди них мало кто способен прилично связать на бумаге по-русски хотя бы несколько фраз». Глава из книги Андрея Рубанова «Йод»

О прозе и незаконном ношении оружия

В наше время любой мошенник умеет объявить себя магом. Медиумом, прорицателем, экстрасенсом. Колдуном. Но настоящий маг никогда себя не афиширует. Так мастера дзен презирали тех, кто прилюдно левитирует, и обвиняли в дешевом популизме. Маг ни во что не вмешивается. Магу так же не нужна власть или деньги, как нужны они обычному человеку. Потому что маг в тысячу раз обычнее самого обычного живущего. Ранее не публиковавшийся рассказ Андрея Рубанова

Луг зеленый

«Была когда-то нефть, и газ, и уголь, и камешки, и металлы цветные, но давно уже все распродано, а деньги по ветру пущены. Была культура великая, но ушла через телевизор, как через унитаз». Рецензия Андрея Степанова на роман «Хлорофилия»

Книги Текст: Андрей Степанов

Андрей Рубанов. Хлорофилия

У нас в Балашихе трава растет густо. Сплошной полумрак. Я годами не видел солнца. Первый солярий — дешевую китайскую кабину — купил в восемнадцать. Сейчас у меня двадцать тысяч кабин. Любой, даже самый бледный человек может позагорать в моей кабине, потому что это дешево... Отрывок из нового романа