Литературные критики о «Национальном бестселлере»

Мы попросили литературных критиков — Лизу Новикову, Никиту Елисеева, Яна Левченко и, побывавшего в шкуре номинанта Льва Данилкина «вспомнить все» и, оценив и проанализировав деятельность «Нацбеста» за 10 лет, авторитетно высказаться о плюсах и минусах премии, о произведениях, попадаюших в шорт-листы, о том, стоит ли читать все книги, в них оказывающиеся, а также попытаться дать прогноз на будущее.

Самая сильная книга среди победителей «Нацбеста»

Лев Данилкин
«Князь ветра» Юзефовича. Тот случай, когда затея сделать премию, которая позволяет «проснуться знаменитым», сразу же оправдала себя на двести процентов. И то, что десять лет спустя Юзефович получит «официальную» «Большую книгу» — еще раз подтвердила, что у премии есть огромный потенциал.

Никита Елисеев
«Пастернак» Дмитрия Быкова.

Ян Левченко
Михаил Шишкин «Венерин волос».

Лиза Новикова
«Борис Пастернак» Дмитрия Быкова

Наиболее достойная книга из не получивших премию

Лев Данилкин
Рубанов «Сажайте, и вырастет».

Никита Елисеев
«Орфография» Дмитрия Быкова

Ян Левченко
Сергей Носов. Тайная жизнь петербургских памятников.

Лиза Новикова
«День опричника» Владимира Сорокина, «Бессмертный» Ольги Славниковой

Обязательно ли читать все книги, попадающие в шорт-лист «Нацбеста»?

Лев Данилкин
Конечно, нет; в шорт-листы протискивались совершенно нелепые тексты — как правило, за счет того, что в большом жюри традиционно много петербургских литераторов, которые иногда полагают, что прописка автора важнее качества его текста; и лауреатов-то читать далеко не всех обязательно, геласимовский, например, роман вообще не стоит бумаги, на которой он напечатан.
Вообще, «Национальный бестселлер» — вряд ли так предполагалось, но так уж получилось — скорее похож на неизменно азартную игру для издателей, журналистов и писателей, чем на отлаженный механизм формирования рекомендательного списка для абстрактных «читателей».

Никита Елисеев
Если ты хочешь иметь представление о живом литературном процессе — обязательно.

Ян Левченко
Нет.

Лиза Новикова
Смотря кому: историку русской литературы первой трети ХХI века можно прочесть 2/3 или хотя бы половину.

Основное преимущество и основной недостаток «Нацбеста» по сравнению с другими премиями.

Лев Данилкин
Преимущество: бо́льшая, чем во всех прочих премиях, близкая к абсолютной (если закрыть глаза на не вполне регламентированный алгоритм формирования списка номинаторов и членов обоих жюри) прозрачность на всех стадиях. Недостаток: постоянно муссируемые (и вряд ли безосновательные) слухи о финансовой несостоятельности премии. Это не тот пункт, в котором можно позволить себе какую-либо двусмысленность. Если нет денег — почему не сказать об этом прямо и не вручать символическую награду; обещать денежный эквивалент и затем забывать о нем — не самая удачная стратегия.

Никита Елисеев
Основное преимущество такое же, как и основной недостаток — состав жюри. Интеллигентные люди, не встроенные в современную литературу, разбавленные видными литераторами. Это лишает премию групповщины, цеховой замкнутости. Но (НО) из-за этого премированы могут быть совершенно нелепые произведения. Любопытно, что эти же нелепые произведения удостаиваются и сугубо литературных, цеховых премий. Романы Михаила Шишкина — яркий тому пример. Замечательное открытие премии — открытое, гласное голосование, когда каждый из жюри говорит, кого он выбирает и почему он выбирает.

Ян Левченко
Преимущество в том, что, наряду с Премией Андрея Белого, нацбест проходит в Петербурге. Это важно на фоне неуклонной централизации культуры. Организационный плюс — в заочном взаимодействии членов жюри. Недостаток, обусловленный, впрочем, не чьей-то личной глупостью, а общей ситуацией на книжном рынке России, заключается в нелепом названии. Выдвинутые произведения — не бестселлеры, а «хорошая литература» с точки зрения авторитетной экспертной группы. Для кого авторитетной — другой вопрос. И совершенно бессмысленный. «Большая книга» более политесна, скандалов там быть не может, «Андрей Белый» застыл в мемориальной камерности, «Русский Букер» важен для тега на обложке. Для одних живость «Нацбеста» — достоинство, для других — недостаток. На всех не угодишь. «Лишь Сенковского толкнешь иль в Булгарина наступишь», как писал Пушкин в эпиграмме на лавку Смирдина.

Лиза Новикова
Литературные премии у нас дают — словно камень в воду кидают. Разве что посмотрят, согласно завету Козьмы Пруткова, на образуемые круги... А вообще я столько о «Национальном бестселлере» писала, все это премиальное репортерство можно в интернете найти.

Попытайтесь представить, что за произведение может стать обладателем первой премии нового десятилетия «Нацбеста»

Лев Данилкин
Было бы очень правильно, если бы это был первый роман молодого, до 30 лет, никому не известного писателя; чтобы повторился случай гаррос-евдокимовской «Головоломки».

Никита Елисеев
Я — историк, а не футуролог. Задним умом крепок. Что было и почему было, худо-бедно сказать могу, но что будет? Не знаю.

Ян Левченко
Надеюсь, здесь не имеется в виду конкретное произведение? Набирающий силу тренд — это хмурая, безжалостная и яркая документальная проза. Минимум отвлеченных выдумок, больше личного опыта. Лучшие традиции Лимонова — где-то посередине между Владимиром Козловым и Михаилом Гиголашвили. За важные для русской культуры, но эзотерические традиции Саши Соколова будет и дальше отдуваться Александр Илличевский, но манерная густота слога все равно останется на обочине (пусть изящной и комфортной). Форма романа не распадается, как в течение всего минувшего столетия, а собирается снова в крепкий стремительный поезд — он и въедет под дебаркадер «Нацбеста».

Лиза Новикова
Пора уступить место дамам. Анна Матвеева, Ольга Новикова. Других соискательниц пока не читала.

Дата публикации:
Категория: Интервью
Теги: Лев ДанилкинЛиза НовиковаНацбест 2010Никита Елисеевпремия «Национальный бестселлер»Ян Левченко