Самые читаемые
  • Из Молдавии — с любовью и мерзопакостью (Владимир Лорченков. Все там будем) Маркес, Павич, Кустурица, Хемингуэй, Платонов, Роберт Пенн Уоррен... — какому еще писателю моложе 30 критики надавали столько орденов-сравнений? Однако все верно, сходство есть, и можно добавить еще Шукшина, Фазиля Искандера и Ромена Гари. «Блеф, миф, мистификация, магический реализм верхом на постмодернизме», «гротеск с черным юмором в придачу», «природный юмор, самоирония и безошибочное чувство ритма» — и это все о нем. Тоже верно, и я бы добавил еще, что автор умеет делать самое сложное в литературе — знакомить анекдот с притчей. Лауреат «Дебюта» и «Русской премии» — это он же, Владимир Лорченков. Добавят еще и Нобелевку, вот увидите
  • Паоло Джордано. Одиночество простых чисел Самые читаемые публикации года. Свежий (2008 г.) дебютный роман молодого (род. 1982) физика-теоретика, ставший европейским бестселлером: самая престижная итальянская премия («Стрега»), миллион читателей и переводы на 30 языков.

    И это удивительно.

    Рецензия Андрея Степанова

  • Рик Риордан. Перси Джексон и лабиринт смерти Отрывок из очередной книги суперпопулярного цикла, экранизацию первой части которого зрители смогут увидеть уже 11 февраля во всех кинотеатрах страны.
  • Муни Витчер. Нина. Девочка Шестой Луны (La bambina della Sesta Luna) Очень симпатичная книжка: яркая обложка с красивым рисунком, удобный формат, много иллюстраций, даже форзацы прекрасно оформлены. Содержимое, обнаружившееся под милой обложкой, оказалось фатально разочаровывающим.
  • Александр Терехов. Каменный мост «Я люблю смотреть на Кремль, как и все, кто вырос в наших местах», — говорит то ли герой, то ли автор книги. Особенно хорош вид на запретный город с Каменного моста, возле которого стоит бывший Дом правительства, он же «Дом на набережной». Лауреат премии «Большая книга» за 2009 год
  • Хижина Авторское предисловие к одной из самых популярных в мире книг о вопросах веры
  • Вампиры International «Я смотрела на него немного испуганно, но мне очень хотелось испытать то, что он предлагал».
    «Он был все такой же — идеально красивый, идеально правильный».
    «Взгляд его карих глаз был прикован ко мне, в них читалось и одобрение, и приятное удивление. Тут-то все и произошло».
    Отрывки из трех вампирских новинок...
  • Наталья Толстая. Мужские измены. Война и мир Книга начала радовать прямо с названия. «Мужские измены. Война и мир. Практическое пособие для мужин и женщин». Невольно возникает вопрос: пособие по чему? По изменам? Или по борьбе с оными? Автор, Наталья Толстая, представлен тоже несколько туманно — это и известный психоаналитик, и популярный практикующий психолог, и психотерапевт, и (видимо, по совместительству) кандидат медицинских наук.
  • Владимир Сорокин. Метель

    — Да поймите же вы, мне надо непременно ехать! — в сердцах взмахнул руками Платон Ильич. — Меня ждут больные! Боль-ны-е! Эпидемия! Это вам о чем-то говорит?!

    Смотритель прижал кулаки к своей барсучьей душегрейке, наклоняясь вперед:

    — Да как же-с нам не понять-то? Как не понять-с? Вам ехать надобно-с, я понимаю очень хорошо-с. А у меня лошадей нет и до завтра никак не будет!

    Отрывок из повести

  • Павел Санаев. Похороните меня за плинтусом Хороших книг о детстве мало. Обычно за сопливым карапузом обязательно маячит тень усатого автора, который стремится поведать всему миру о своих детских обидах. Сюжет при этом зануден, проблемы смехотворны, персонажи — блеклая тень чужих воспоминаний
  • Призрак белой мыши «Макс даже не оглянулся. Коротко кивнул маме, скользнул за дверь. Еле слышно щелкнул замок. Мое сердце тревожно трепыхнулось, пытаясь полететь следом за ним, и успокоилось. Макса рядом не было. Он ушел. Ушел стремительно. Я перестала его чувствовать. Теперь он был очень далеко от моего дома». Первая глава третьей книги вампирской саги Елены Усачевой «Желание»
  • Стиг Ларссон. Девушка, которая взрывала воздушные замки «Мы можем оставить пулю на месте, и не исключено, что пациентка проживет до ста лет, но это тоже дело случая. У нее может развиться эпилепсия или мигрень и любая другая проблема. А было бы крайне нежелательно сверлить ей череп и проводить операцию через год, когда сама рана уже заживет. Пуля лежит чуть в стороне от крупных кровеносных сосудов. В этом случае я бы рекомендовал ее вытащить». Отрывок из романа

Виктор Мережко. Сонька Золотая Ручка


Виктор Мережко. Сонька Золотая Ручка
  • Амфора, 2006
  • Твердый переплет, 540 с.
  • ISBN 5-367-00177-7
  • Тираж: 5 000 экз.

Провал аферистки

Стране нужны новые герои. Об этом знают и писатели, и режиссеры, и продюсеры. Новый герой может собрать кассу. Он может стать народным героем. Может войти в анекдоты. Вот только где взять такого героя, чтобы он обладал ярким характером, харизмой и заинтересовал публику? Штирлиц, Шерлок Холмс… Из этих персонажей выжали все до последней капли — нужен кто-то еще. А почему бы не попробовать Соньку Золотую Ручку? В советские времена о ней мало писали, но теперь, если правильно ее «раскрутить», она может дать фору даже Бене Крику и Остапу Бендеру. Надо просто написать роман, снять сериал и распиарить все это дело, а с остальным Сонька справится. Она соберет кассу — недаром до революции ее знали как самую талантливую мошенницу.

Что? Вы полагаете, я намекаю, будто создатели книги и сериала ведут нечестную игру? Нисколько. Сериала я пока не видел, а вот книга… Видите ли, в книге значится, что «Сонька Золотая Ручка» — это роман. Роман предполагает глубокое проникновение в характеры героев, лирические отступления, переплетения сюжетных линий и многое другое. Сюжетных линий в «Соньке…» хватает, вот только у Мережко они не переплетаются, а четко следуют одна за другой. И никаких глубоких проникновений и отступлений — 540 страниц диалогов. Следовательно, это не роман, а сценарий, причем сценарий не самого высокого качества.

Помните, какие блестящие аферы проделывал Остап Бендер? Помните, с каким смаком разбирался со своими врагами Беня Крик? Да и менее известные герои, например веллеровские Лазарь и Фима Бляйшиц, демонстрировали действительно богатую фантазию, обворовывая очередного клиента. Эти люди знали, что такое кураж! А авторы, описавшие их проделки, знали, как важно иметь хорошее воображение.

Сонька Золотая Ручка, к сожалению, под пером Мережко превратилась в мошенницу заурядную. Типичная сцена из книги: Сонька заходит в ювелирную лавку, просит показать три колье, одно незаметно кидает в карман юбки и гордо уходит, оскорбленная подозрениями продавца. И слишком много в сценарии этих ювелирных лавок и схожих ситуаций — разве Сонька не заслужила большего? Остальные проделки знаменитой воровки тоже не ахти какие — скучно, господа, скучно.

А ведь какой шикарный роман можно было бы написать о Соньке! Роман, который остался бы на все времена. Но нет, очередная попытка не удалась. Остается только ждать сериала.

Странно, что «Сонька Золотая Ручка» вышла не в серии «Смотрим фильм — читаем книгу», знаменитой серии издательства «Амфора». На обложке книги изображены кадры из будущего сериала — вероятно, это просто досадная ошибка.

Вообще, книги, выходившие в этой серии, неравноценны. Великолепна, например, книга «Тристан и Изольда» Жозефа Бедье. Но есть и «Есенин» Виталия Безрукова, о котором лучше вообще не говорить.

Пишутся книги, снимаются фильмы, что-то получается, а что-то нет. Но процесс идет, и по закону вероятности новый герой обязательно когда-нибудь явится и займет свое место среди достойных.

Виталий Грушко




Комментарии


Имя пользователя

Пароль





Для комментирования — авторизуйтесь
Сонька Золотая Ручка
Комментировал: Аноним   Ноябрь 21, 2006 07:02 AM
Витя, это круто? Ольга.
Сонька Золотая Ручка
Комментировал: Аноним   Сентябрь 06, 2008 06:37 PM
Посмотрел фильм, очень доволен, вот теперь хочу купить книгу под впечатлением увиденного с экрана, в последних сериях даже прослезился, как Соньку жалко стало. Отличная картина, автору респект и уважуха!

Последние публикации рубрики «Книги»

Вызов брошен

Вызов брошен

Оргкомитет премии им. Геннадия Григорьева опубликовал список поэтов, которым предложено участвовать в конкурсе на соискание награды. Читатели «Прочтения» знакомы с большинством петербургских представителей этого списка благодаря антологии Юлии Беломлинской «Стихи в Петербурге 2010», это Алла Горбунова, Дмитрий Григорьев, Сева Гуревич, Анджей Иконников-Галицкий, Галина Илюхина, Иван Квасов, Наталья Романова, Оля Хохлова. В жюри премии входят не менее известные петербургские литераторы: поэт Евгений Мякишев, прозаик, драматург, поэт Сергей Носов, литературный критик Виктор Топоров.

02/09/10  ¦  
Ваня Квасов, или Откуда берутся дети?

Ваня Квасов, или Откуда берутся дети?

Иван Квасов

Квасов часто читает со сцены. Часто — с музыкальным сопровождением. По стилю это поэт — слэмовый, его учителя — такие, как Родионов, Емелин, Немиров... Соратники — Голубенцев, Горохов... Местами обитания были такие Дома Культуры, как Платформа, Мод и Ахтунг. Теперь Танцы и Питер-ОГИ.

Двадцать первый выпуск антологии Юли Беломлинской «Стихи в Петербурге 2010»

20 лет без Довлатова

20 лет без Довлатова

24 августа исполнилось 20 лет со дня смерти Сергея Довлатова. За время существования «Прочтения» у нас накопилось немало материалов о писателе. Вот мемуар Юлии Беломлинской, рассказывающий о единственной встрече с Довлатовым, вот воспоминания Виктории Беломлинской «Смешить всегда, смешить везде...». В «Азбуке» к юбилею переиздали книгу петербургского литературоведа Игоря Сухих «Сергей Довлатов: время, место, судьба», вот небольшой отрывок из нее, рассказывающий о выборе творческого пути.

Ремесло — рассказчик

Ремесло — рассказчик

В почти итоговом «Филиале» и в записных книжках с некоторыми вариациями повторяется один и тот же фрагмент: Бог дал мне именно то, о чем я всю жизнь его просил. Он сделал меня рядовым литератором. Став им, я убедился, что претендую на большее. Но было поздно. У Бога добавки не просят. Остается только — «с некоторой грустью» — это понять, признать и смириться. Принять судьбу как личный выбор. Ремесло — рассказчик. Отрывок из книги Игоря Сухих «Сергей Довлатов: время, место, судьба»
Антон Соя. З. Л. О.

Антон Соя. З. Л. О.

В первый раз русский город Черняевск, известный ранее как прусский Шварценбург, был проклят, когда на его месте стояло языческое поселение Унзетрапис. На высоком холме над широким разливом бурной реки в священной роще стоял пятисотлетний дуб-великан. Еще эстии, жившие здесь до пруссов, часто приносили к его корням на заклание козлят и изредка красивых девственниц. Пруссы выжили эстиев и их друидов, но дубу поклоняться продолжили. Отрывок из книги
Йенc Лапидус. Шальные деньги

Йенc Лапидус. Шальные деньги

Двери фургона распахнулись. Выскочили двое. Она даже не поняла, что происходит. Сзади подбежал третий. Откуда он взялся? Не тот ли прохожий с собакой? Который за ней наблюдал? Первые двое скрутили ее. Сунули в рот кляп. Она рванулась, крикнула, дернулась. Вдохнула — потекли слезы, сопли. Тряпку-то пропитали какой-то дрянью. Извивалась, хватала их за руки. Без толку. Они огромные. Ловкие. Сильные. Пролог к роману