Дмитрий Калугин

Чего хочет женщина? Версия Дуни Смирновой

Тургенев, когда писал свое «Дворянское гнездо», очень хорошо представлял себе, что стоит за словом «народ». Для него это крестьянство с его патриархальной жизнью, цельностью, ясным, не испорченным цивилизацией, взглядом на мир. Что такое народ сейчас — совершенно непонятно. Дмитрий Калугин о новом фильме Авдотьи Смирновой «Кококо»

Кино Текст: Дмитрий Калугин
Трагический спектакль императора Павла I, или Безумец поневоле…

Павел Первый призывал европейских правителей решить свои политические разногласия, которых накопилось к тому моменту уже немало (как-никак 1801-й год на дворе), при помощи... рыцарского поединка! Иными словами говоря, это был вызов на поединок в чистом виде... Европейские государи, правда, драться с Павлом не стали, а просто посмеялись над ним. Типа, безумец и сумасброд. Этот демарш русского царя пытался как-то смягчить граф Пален, рассылавший послания европейским дворам, в которых объяснялось, что история с вызовом — шутка, чудачество императора и не более того. Рецензия Дмитрий Калугина на книгу Андрея Россомахина, Дениса Хрусталёва «Вызов Императора Павла, или Первый миф XIX столетия»

Книги Текст: Дмитрий Калугин
Птица-тройка модернизации

Как афористически выразился Гидденс: «у нас нет иного выбора, кроме постоянного выбора». Теперь мы можем быть любыми, свободно конструировать свое будущее, выбирая пол, мораль, сексуальность. Очевидно, что здесь есть свои издержки, ведь если можно каждый раз собирать себя заново, постоянно меняя «модель для сборки», то хочется задать вопрос: «А где ты здесь сам?» Дмитрий Калугин о книге Энтони Гидденса «Последствия современности».

Книги Текст: Дмитрий Калугин
«Участвовать в процессе»: кто, зачем и почему ходит на публичные лекции?

Каждому, наверняка, известно, по крайней мере, десять способов провести свободный вечер или, как теперь говорят, «замутить культурную программу». Жителю мегаполиса есть из чего выбрать: можно сходить в кино или театр, завалиться в клуб или просто потусить дома у друзей. А если нет подходящей компании, на худой конец можно посидеть в кафе и почитать книгу. На фоне этих глубоко традиционных развлечений становится популярным еще одно — «публичные лекции». Поневоле задаешься вопросом, а неужели нынешние молодые люди, большинство которых студенты, не наслушалась своих преподавателей, чтобы еще тратить время на каких-то других? И ответ на него, думается, позволит уяснить те процессы, свидетелями которых сейчас становимся мы все.

Отщепенцы всех стран − соединяйтесь!

Хотя исторические параллели — вещь опасная, они напрашиваются сами собой: после «революционных» сдвигов в России 90-х (какими бы они ни были), нулевые имеют слишком много общего со французской Второй империей: шовинизм, постепенная клерикализация общества, брожение в головах и недовольство, заявляющее о себе в потоках политической сатиры и карикатуры. И в этом смысле бодлеровский опыт — это не архив, а скорее возможность задуматься о себе. Найти свой путь в мире неприемлемых форм, которые предлагаются как «нормальные» и «правильные». Рецензия Дмитрия Калугина на книгу Сергея Фокина «Пассажи. Этюды о Бодлере»

Книги Текст: Дмитрий Калугин
Ирреальный комментарий, или Заметки на пьедестале памятника Минину и Пожарскому

Это не столько научное предприятие, сколько «экскурсия» по тексту, где перед одними экспонатами можно задержаться подольше, о других сказать лишь ради проформы, от третьих отмахнуться, чтобы скорее двигаться к тому, что тебя действительно занимает. А занимает Комментатора обсценная речевая стихия, спиртные напитки и «материально-телесный низ». И здесь действительно трудно не только отделить друг от друга «пристрастия автора, повествователя и героя», но и комментатора от комментируемого текста. Рецензия Дмитрия Калугина на «Энциклопедию русского пьянства» Алексея Плуцера-Сарно, комментарий к поэме Венедикта Ерофеева «Москва — Петушки»

Книги Текст: Дмитрий Калугин
Ударим по гамбургеру!

В свое время правильным ответом на вопрос «Какая самая длинная очередь в Москве?» был «Мавзолей Ленина». В 1990 году ситуация принципиально изменилась. Ведь именно в этом году на Пушкинской площади был открыт первый «Макдональдс». И очередь туда оказалась гораздо длиннее... Рецензия Дмитрия Калугина на книгу Джорджа Ритцера «Макдональдизация общества 5»

Книги Текст: Дмитрий Калугин
…Как проходит косой «Дождь»…

Можно сколько угодно гадать, каким будет финал этой драмы и кто кого одолеет... Но узнаем мы о нем не раньше, чем в самом конце пьесы. Когда Хлестаков, кем бы он ни был, отправится восвояси, а вместо него явится законный, избранный, легитимный президент. И наступит Вечная суббота. Дмитрий Калугин о политике

Наши люди в Голливуде

Испокон веков русская литература славилась своей способностью разглядеть и представить миру «маленького» человека, этакого Акакия Акакиевича да Макара Девушкина. Поскольку современные экономические условия никак не позволяют всем этим российским «маленьким» людям собраться в крепкий «средний» класс, новая русская литература (в лице букероносной О. Славниковой) предлагает и новый критерий для их измерения — вес. Рецензия Дмитрия Калугина на книгу Ольги Славниковой «Легкая голова»

Книги Текст: Дмитрий Калугин
Вадим Басс. Петербургская неоклассическая архитектура 1900-1910-х годов в зеркале конкурсов: слово и форма

У наших детей, вероятно, будут наворачиваться слезы на глаза в тот момент, когда новые инвесторы будут сносить дома, на которые мы сейчас смотреть не можем без отвращения и которые возникли на месте прежних, наших любимых. Жаль, конечно, но таковы законы памяти: человек получает городское пространство сложившимся до своего появления и воспринимает все окружающее как некую неустранимую данность — ведь именно здесь происходит первое осознание мира и начинается отсчет человеческой жизни. Рецензия Дмитрия Калугина

Книги Текст: Дмитрий Калугин
Филология — учительница жизни

Известный филолог и по совместительству правовед-любитель приводит пример «классического» разговора со своим коллегой: — Зачем ты занимаешься этой юриспруденцией? Нельзя ведь работать сразу по двум профессиям... Да и для чего это тебе, филологу, только во вред основной работе... Кстати, не проконсультируешь ли: у моего брата машина попала в ДТП, а страховая компания отказывается выплачивать страховку... Размышления Дмиртия Калугина о положении дел в филологической науке

Остановка на пути к бессмертию

24 мая русскому поэту Иосифу Бродскому исполнилось бы семьдесят лет. Круглая дата, которая, тем не менее, может пройти незамеченной. Об этом юбилее, скорее всего, не забудут упомянуть в новостях по Первому каналу, а группа энтузиастов (состоящая почти сплошь из одних знакомых) соберется у дома Мурузи, чтобы почитать стихи любимого поэта. Слово Дмитрия Калугина об Иосифе Бродском

Дмитрий Калугин. Фрагменты Живого Журнала

Как, вероятно, и многим, мне в детстве нравилось, если меня в моем же присутствии называли «человеком». Например говорят «Давай усаживай человека» или «Давай скорее — человек же ждет!» и т. д. 

Про дикобразов и людей

Немецкий философ Артур Шопенгауэр, рассказывая своим студентам о законах, управляющих жизнью людей в обществе, приводил в пример забавную «притчу о дикобразах». Звучит она приблизительно так…

Началось все как обычно

В СМИ появилась информация, что в российских школах начинается борьба с популярной молодежной субкультурой ЭМО. Почин принадлежит Нижнему Новгороду, и, наверное, не случайно, ведь именно оттуда двинулись некогда Минин и Пожарский спасать Русь от поляков.

Наперегонки со временем

Один мой приятель любит повторять, что когда-нибудь (и он надеется дожить до этого времени!) он сможет по Интернету узнавать о событиях раньше, чем они произойдут. Мысль довольно парадоксальная, однако если задуматься, то окажется, что мы уже давно живем в мире, где можно с легкостью предвосхищать отдельные события.

Улыбнитесь, вас снимают!

Мы уже совершенно привыкли к тому, что за нами все время кто-то наблюдает,— продавцы в магазине, Родина, которая слышит и которая знает… Ситуация наблюдения никого не пугает и не настораживает. Возможно, потому, что все это уже приелось, или потому, что философы давно уже объяснили нам работу подобных механизмов и рассказали, как мы докатились до такой жизни.