Заткнуть фонтаны

Текст: Вячеслав Курицын

Актуальное искусство, оно же контемпорери-арт, пышет, казалось бы, здоровьем. Биеннале, триеннале и ярмарок несметное множество — причем московское биеннале еще только появилось и строит планы наполеоновские. Европейские города, где еще нет музея вычурной формы с белыми полупустыми экспозиционными плоскостями и с полудюжиной произведений Уорхола, спешат избавиться от досадного недочета. Впрочем, архитектурная мода в этой сфере изменилась: все больше в Старом Свете освобождается зданий фабрик-заводов, которые очень нравятся актуальщикам, значит, и музеи продолжат размножаться почкованием. Завелись новые коллекционеры (первый частный музей в России — Игоря Маркина — открылся в первопрестольной совсем недавно), не вымерли еще старые, да и офисов, куда нужны картинки и объекты, меньше не становится.

На самом же деле пациент болен не только тяжело, но и неизлечимо: уже понятно, что остаться «контемпорери» в истории доведется как явлению двадцатого шебутного века. Испортилась главная деталь машинки: идейная. Актуальное искусство, начиная с «Фонтана» Дюшана (имеет смысл напомнить, что это снабженный — в 1917, кстати, году — табличкой с названием неказистый писсуар?), исходило из того, что основное в искусстве — это разборки со своим собственным языком, изучение его собственной, искусства, природы, а постижение мира — это потом и вовсе не обязательно. Отсюда все, что опознается как «радикальность»: жадное использование чужих знаков (поп-арт обгладывал потребительскую культуру, соц-арт — советскую), жест вместо произведения, поведение художника как произведение, «симулякр» и проч. Идеи замечательные, гуманистические и либеральные, на каком-то витке цивилизация к ним непременно вернется, но сегодня они определенно все стремительнее вкручиваются в задницу мира.

Во-первых, выяснилось, что глобальные, абсолютные идеи, на отрицании которых замешана «ситуация постмодернизма», никуда не делись, затаились, набрали энергии и заявляют ныне свои права недвусмысленно и активно. Символ возвращения Больших Идей — 11, конечно, сентября; особо показательно, что и атаковали самолеты небоскребы в жанре чудовищного хепенинга (а выживший из ума музыкальный гений Штокгаузен даже и заявил, что это великий творческий акт). Сейчас вот правоохранительные органы преследуют организаторов выставок «Осторожно, религия» и «Запретное искусство», а главного их идеолога Андрея Ерофеева в самый разгар конфликта подловато вышибли с должности в Третьяковской галерее: разумеется, я болею за симпатичных организаторов и мне неприятны мракобесы, которые от имени моей религии гнобят саму мысль о свободе творчества. Однако, положа руку на сердце, устраивать нынче выставки карикатур про Христа (пусть в свое время эти карикатуры создавались не как кощунство, а как анализ соотношения знака и его содержания) - это не столько защита либерализма, сколько кулаки после драки. Можно в ливень гулять без зонтика и обуви, но пользы от этого будет немного.

Во-вторых, играя со «знаками», используя в хвост и в гриву образы масскульта, актуальный арт естественным образом сам начинает подчиняться его законам. Радикальное радикально пять минут, после чего цепкие маркетологи делают из него товар. Олег Кулик очень недолго бегал голым на цепи в образе человека-собаки: он давным-давно торгует именем, производя салонные объекты и фотографии, а ведь Кулик — лучший. Жанр перформенса успешно освоен рекламой и политикой: салоны сотовой связи рекламируются плясками всех желающих в голом виде, на майскую ассамблею Каспарова-Лимонова Кремль засылает молодежь с надувными сами-понимаете-чем, а Путин, как и положено национальному лидеру, идет дальше всех: целует мальчика в живот и — непонятно куда — рыбу-белугу. Искусство выродилось (кто-то скажет: вознеслось, суть не в оценке) в дизайн — в социальный и в такой, обычный дизайн, а главное, стало меньше художников в смысле типа личности, внутренней мотивации, болезненного надрыва. Искусство — магическая деятельность, а логика актуального арта заставляет художника заниматься корпоративным позиционированием, что просто другая профессия.

Так что актуальны нынче переосмысленные «старые вещи» — та же религия, например, в связи с чем очень важна инициатива Кулика, спродюсировавшего выставку «Верю», и возвращение ко взрослым техникам: рисовать и лепить ручками и объяснять неофитам в актуальных институциях, что компьютерное видео — это галимый позавчерашний отстой.

Дискуссия в блоге prochtenie-lj.livejournal.com

Ссылки

Дата публикации:
Категория: Искусство
Теги: БлогОлег КуликРадикальное искусство